Вета увидела, как Пётр открыл калитку и направился к дому. Пёс, разморённый жарой, встал из тени потрусил навстречу хозяину, дружелюбно помахивая хвостом. Муж ласково потрепал его по лохматой башке. Выпрямился и кинул взгляд на окно. Увидел её и улыбнулся. Вету от этой улыбки обдало жаром и подогнулись колени. Она села на лавку, не отрывая глаз от приближающегося к дому мужа. Лишь когда он взошёл на крыльцо и стал не виден, она очнулась. Заспешила в погреб за квасом и сметаной.
– Веточка, ну что же ты сама в погреб лазишь, – мягко упрекнул её Пётр при возвращении. – Я бы сам сходил, сказала бы только, что взять нужно.
Вета хотела возмутиться, но муж, подойдя со спины, обнял её за талию, словно ненароком положив горячие ладони на живот, прижал к себе и поцеловал в макушку. И раздражение растаяло, как льдинка в кипятке. Она откинула голову ему на плечо, чувствуя, как плавится в мужских руках тело, превращаясь в воск.
– Перестань, а то кринку выроню, – с горловым смехом проговорила Вета. – И окрошки не будет.
– Это нельзя допустить, – в голосе мужа слышалась улыбка.
Он осторожно взял из рук Веты кувшин с квасом и горшочек сметаны и отвёл свои в стороны, освобождая её из объятий.
Во время обеда Вета с удовольствием смотрела, как муж ест и слушала его рассказы об учениках.
– Как вы там сражаетесь, -посочувствовала она. – Такая жара!
– А что делать? Июль – макушка лета. Ещё немного и всё пойдёт на спад.
Он ещё что-то продолжал говорить, но Вета его уже не слышала. «Июль, макушка лета», – билось у ней в голове. Завтра ведь Тайная ночь, неожиданно вспомнила она. В эту ночь у ведуний принято проводить особый ритуал, укрепляющий её силы и связь с матерью-землёй. Она проводила его давным-давно, пока был жив муж, а потом уже нет. С кем попало Тайную ночь не встречают.
Неладное Пётр почувствовал сразу, как жена вдруг замерла и явно перестала слышать то, что он рассказывал. Для проверки он вставил пару совсем уж нелепых и бессмысленных фраз, но Вета на них даже не среагировала. Поэтому когда она посмотрела на него вдруг потемневшими глазами и спросила: – Ты пойдёшь со мной завтра ночью в лес? – он даже почувствовал облегчение.
– С тобой куда угодно, родная. В лес так в лес. Что, будешь опять какие-то особые травы собирать?
– Что-то вроде того, – уклончиво подтвердила Вета.
– Одну я бы тебя и сам не пустил. Что из оружия брать?
Пётр хорошо помнил их мартовский поход и тварей, от которых еле отбились.
– Ничего не бери. Сейчас порождения тьмы слабы и в наш мир не заходят.
Пётр согласно покивал, но про себя подумал, что копьё и нож никогда не помешают. Но Вета, похоже, и правда считала, что опасность им не грозит и так, как в прошлый раз не готовилась. Когда следующим вечером они вышли из дома, Пётр заметил, что в руках у жены ничего нет – ни оружия, ни даже короба.
– Ты ничего не забыла? – осторожно спросил он.
Вета последние месяцы часто всё забывала и иногда обижалась, а иногда смеялась, когда Пётр или Лана говорили об этом.
– Ничего. Всё что надо у нас с собой.
Ещё раньше Пётр выяснил, что отправляются они за пределы стольного града, к Бел-озеру, месту заповедному, давно облюбованному ведуньями и колдунами. Добраться туда пешком можно, но идти пришлось бы долго. Так что Пётр оседлал своего Верного, посадил перед собой Вету и они отправились. Ехал он неспеша, осторожно, чтобы не растрясти своё сокровище, но лёгкий ветерок всё равно обдувал их. Особенно путешествие стало приятным, когда они покинули городские стены и шум города затих, а вонь, свойственная такому скопищу разных людей, перестала раздражать ноздри.
Догорала последняя полоска заката, в сиреневом сумраке вечера постепенно загорались первые звёзды, копыта Верного глухо стучали по густой траве поля, куда они съехали сразу за первым, скрывшим их от города поворотом дороги. Стрёкот каких-то ночных насекомых, шелест листвы не разрушали вечернюю тишину, а лишь подчёркивали её.
Воздух казался густым, как чай, от запахов, что напитали его. Остывающая от жара дня земля, набравшие силу цветы и травы, ягоды, что иногда давил своими копытами Верный, все эти летние ароматы, настоянные жарким июлем, хотелось пить мелкими глотками, а не просто дышать. Особая летняя нега и покой царили вокруг. «Почему я раньше не догадался вот так поехать куда-нибудь с Ветой?» – удивился себе Пётр.
Заблудиться Пётр не боялся. Ехали они вдоль речушки, что впадала, как он знал, в Бел-озеро. Уж что, что, а места вокруг столицы он хорошо выучил, ещё когда осваивал мастерство телохранителя. Когда прозрачный диск Луны налился серебряным светом, впереди показалось озеро. На его обсидиановой глади раскинулось несколько островков.
– Нам туда! – показала на один из них Вета.
