Он наклонился над консолью и коснулся моих губ. Поцелуй оказался достаточно долгим, чтобы я растаяла, но и быстрым, чтобы заставить меня желать большего. Чейз знал, что делал, – такое простое прикосновение отвлекло меня, уменьшило злость. Дрожь пробежала по телу: то ли от холода, то ли от поцелуя. Возможно, от того и другого, потому что температура в грузовике заметно упала, и я уже едва ли не стучала зубами. Поскольку Чейзу всегда было жарко, он ничего не заметил, а вот я уже готова была превратится в сосульку.
– Мне холодно, – сообщила я. – Давай закончим наш разговор внутри.
Или, как я предполагала, займемся чем‐нибудь еще.
Как только мы оказались в моей квартире с хорошей изоляцией и центральным отоплением, я сбросила ботинки и направилась в гостиную, полагая, что Чейз последует за мной. Вместо этого он остановил меня, схватив за бедра и вынудил сделать несколько шагов назад. И вот я оказалась прижатой к стене у входной двери. Его губы растянулись в улыбке, перед которой было невозможно устоять.
– Знаешь… – наклонил Чейз голову, покрывая нежными поцелуями основание моей шеи. Одной рукой он скользнул вниз по моей заднице, пока не сжал ее. Волна жара пронеслась по моему телу с головы до ног, заставляя позабыть о холоде. – Я мог бы загладить свою вину.
– Да? Каким образом?
Чейз прошелся губами вверх по изгибу моей шеи, задержавшись у мочки уха.
– Для этого придется раздеться.
То, как Бейли взобралась на меня в грузовике, представляло собой лучшее из всех поддразниваний, но теперь пришло время перейти к настоящим действиям.
Я скинул пиджак и бросил его на стул, за ним последовал галстук. Не отрывая от Бейли взгляда, я пересек комнату и сократил разделяющее нас расстояние. Стоило мне, положив руку ей на поясницу, повести Бейли к кровати, как ее зрачки расширились. Мы остановились, когда она уперлась в край матраса икрами и игриво посмотрела на меня, хлопая ресницами.
– Так что же ты задумал?
– Ну не знаю. Насколько сильно ты на меня злишься?
– О, очень сильно, – она попыталась нахмуриться и бросить на меня злобный взгляд, но ее выдали приподнявшиеся уголки губ.
– Ох, тогда у меня полно работы.
К тому моменту, как я закончил бы, она совершенно забыла бы о разговоре в грузовике. Я придвинулся, чтобы снова поцеловать Бейли, но остановился, когда ее улыбка угасла, а сама она замерла.
– А как же твои… – прикусив нижнюю губу, она осторожно прочертила холодными пальцами линию от моего лба до подбородка. – …твое лицо? Оно болит? Не хочу делать еще хуже.
– Нет, – покачал я головой. – Я собираюсь отвлечься настолько, чтобы забыть о синяках.
По правде говоря, я уже давно забыл о своих ссадинах. И о матче. В данный момент я был сосредоточен только на одном.
Бейли расстегнула мою рубашку, а затем и брюки. Я коснулся низа ее мягкого черного свитера и потянул его вверх, чтобы снять. Черный кружевной лифчик идеально поддерживал ее грудь и наводил на мысль об откровенных трусиках в тон. В мгновение ока мы оказались наполовину раздетыми, а стояк побуждал меня повалить Бейли на кровать. Но прежде чем зайти так далеко, я хотел кое‐что сделать. Я расстегнул ее джинсы и наклонился, чтобы снять их и отбросить вместе с носками в сторону. Я оказался прав – на ней остался только чертовски сексуальный крошечный кусочек черного кружева, идеально сидящий на бедрах. Как, скажите на милость, мне так повезло?
– Мне нравится раздевать тебя, – промурлыкал я, все еще стоя перед Бейли на коленях. – Это как распаковывать подарок.
Медленно я проложил дорожку поцелуев вверх по нежной коже между ее ног. Бейли издала тихий, горловой вздох, когда я достиг того места, где соединялись ее бедра. Ее тело напряглось, а дыхание стало прерывистым. Бейли ждала, когда же я перейду к самой чувствительной части, но я не торопился. Половина веселья заключалась в том, чтобы дразнить ее.
– Они такие сексуальные, – провел я пальцем по краю ее кружевных трусиков.
После этого я поцеловал ее центр поверх тонкой ткани, отчего Бейли тихо ахнула. Она запустила пальцы в мои волосы, притягивая ближе.
– Я надела их для тебя, – сообщила Бейли напряженным голосом.
– Раз так, мы пока не будем их снимать, – я отодвинул ткань в сторону, накрыл ртом ее клитор и начал нежно посасывать.
Когда мой язык скользнул по ней, Бейли застонала, запрокинув голову. Я же наслаждался каждой минутой. Оставаться между ее ног было одним из моих самых любимых занятий.
– Чейз… – мое имя сорвалось с ее губ дрожащим вздохом. – Не думаю, что смогу себя сдержать, если ты продолжишь.
Положив руки ей на бедра, я усадил Бейли на край кровати и развел ее ноги в стороны. Она, наблюдающая за мной с ошеломленным выражением лица, оперлась на локти. Было время, когда она чувствовала себя неловко, так открываясь мне. Теперь же она была полна уверенности, и мне это нравилось.
Мой взгляд упал на лежащий у моих колен ремень, и я поднял его.
– Ты мне доверяешь? – спросил я, сжимая полоску кожи обеими руками.
Бейли бросила на ремень мимолетный взгляд, прежде чем посмотреть мне в глаза.
– Всегда.
