– Однако должен тебя предупредить, что дело будет грязным и публичным. Если возникнет необходимость подать гражданский иск, в дело вмешаюсь я. Тоже грязно и публично, – Стюарт вгляделся в мое лицо. – Но полагаю, ты не хочешь ворошить осиное гнездо.
– Верно.
– Вот что я могу тебе посоветовать, – начал Стюарт. – Подожди, пока не разберешься в ситуации получше.
– Я пытаюсь, но, кажется, эта девушка лжет мне. Она утверждает, что уничтожила видео, но вокруг ходят тревожные слухи. Без дыма же не может быть огня.
– Мы сотрудничаем с отличными частными детективами. Возможно, им удастся узнать подробности.
Когда моя жизнь стала такой? Теперь я был вынужден нанимать частного детектива?
– Только если они не привлекут еще больше внимания.
– Такого не произойдет, – покачал головой Стюарт. – Они не станут ни к кому приближаться без твоего разрешения, но зато незаметно проделают кучу работы, проведут предварительное расследование, – он сделал паузу, бросив на меня многозначительный взгляд. – А за хорошую цену проверят и кое‐какие электронные устройства.
– Электронные устройства?
Что вообще это значило?
– Хакерство, – понизил голос Стюарт. – Но это незаконно, так что я ничего не говорил и уж тем более не потворствовал. Просто рассуждал на тему. Чисто гипотетически, ну, ты понимаешь.
А это идея. Взломать телефон Кристен. Возможно, и ее электронный ящик.
– Проблема в том, что она, кажется, отправила видео кому‐то еще.
– Ради чистоты эксперимента, давай представим, что видео все еще существует. Каково его содержание? Знаю, тема щепетильная, но, чтобы оценить степень ущерба, я должен знать суть. Насколько оно компрометирующее? – он взял кружку и отхлебнул из нее, наблюдая за мной поверх ободка.
– Я не знаю, когда именно Кристен достала телефон, – вздохнул я. – Я занимался сексом с Никки. Она была сверху. А потом отсасывала мне, пока мы курили косяк.
– То есть очевидно, что она делает это по собственной воле?
– Надеюсь, – я и не задумывался о согласии как о проблеме.
– Это хорошо, поскольку это одна из самых больших потенциальных угроз. Сексуальный скандал и близко не так страшен, как обвинения в сексуальном насилии.
Во рту появился привкус желчи. Он прав: видео было лучше, чем ложное обвинение в изнасиловании. Если говорить о меньшем из двух зол.
– А что насчет косячка?
– На данный момент это не главная из проблем, – ответил Стюарт. – Может, это самодельная сигарета. На самом деле, это даже не относится к делу. Но чем занималась третья участница, которая сделала фото?
– Верно, Кристен. Мы с ней тоже забавлялись, но, насколько мне известно, это на запись не попало.
Но, черт возьми, если бы я знал наверняка. Может, она уже давно снимала, пока я наконец не осознал, что происходит. Я же был под кайфом.
– В отличие от этой ситуации, для записи аудио достаточно согласия одной стороны. А значит, возможно разговорить кого‐то из них и все записать. Тогда мы сможем оценить, есть ли какие‐либо доказательства, которые можно использовать для уголовного или гражданского суда.
Замечательно. Но чего я действительно хотел, так это вообще избежать разбирательств.
– Будет сделано, – отозвался я. – А что насчет моего контракта с лигой? Думаете…. – я замолк, не в силах выдавить из себя остальные слова. Откажутся ли они от меня? В контракте же имелись пункты о моральной составляющей игрока.
– Твой случай отличается от того, который последнее время у всех на слуху. Тогда игрок НХЛ записал на видео женщину без ее согласия. Не думаю, что они станут наказывать тебя, поскольку в данной ситуации ты – одна из жертв. Особенно если в дело вмешаюсь я. – Его голос приобрел резкие нотки.
Я тоже на это надеялся. Если это подорвало бы мою карьеру, моя жизнь была бы кончена. У меня не было плана Б.
– А что, если видео просочится в интернет?
– Давай решать проблемы по мере их поступления, – ответил Стюарт. – Но если такое случится, ответственные за это лица глубоко пожалеют о содеянном. Я тебя уверяю.
Не так сильно, как пожалею я.
– Пережди немного, – сочувствующе взглянул он на меня. – Я никогда не советую своим клиентам, подвергшимся стрессу, немедленно переходить к действиям. Поразмысли. Проведи время со своей девушкой. Обсуди это с кем‐то, кому доверяешь.
Это не сработало бы. Потому что больше никому не было известно о происходящем. И я хотел, чтобы так и оставалось.
Я сглотнул.
– Что бы вы посоветовали в подобной ситуации Далласу?
– Сжечь видео, – взмахнул своими пухлыми руками Стюарт. – Найди, сожги и устрой гребанные поминки.
– Как?
– Обычно мы выясняем, есть ли копия, и если она существует, немедленно подготавливаем соглашение о неразглашении. После этого уничтожаем файлы.
– Ладно, в этом есть смысл, – вздохнул я.
– Послушай, – сказал Стюарт, – в девяноста пяти процентах случаев клиенты прибавляют к соглашениям о неразглашении денежный комплимент, и проблемы исчезают сами собой. Мы оба знаем, что тебе это по карману.
Да. Но я, черт возьми, не должен был этого делать.
