Она достала из шкафчика четыре фужера, а из холодильника шоколад и тарелку с сыром. Ольга понимала радость Александра. Тому было уже двадцать семь лет, а женат он был уже больше восьми. Блохин давно мечтал о сыне или о дочери, но у его жены Елены не все было в порядке со здоровьем, так что супруги опасались, что у них вообще никогда не будет детей. В первые две беременности у Елены случились выкидыши, да и третья протекала на грани… Так что Ольга, у которой уже было двое ребятишек, вполне могла понять радость Темного. Она, как и ее муж, частенько называла его друзей и сослуживцев по позывным. Эта многолетняя привычка жены командира специального подразделения ГРУ совершенно не смущала ни ее, ни товарищей Вячеслава по оружию. Правда, в те редкие моменты, когда они собирались семьями, Ольга всех называла по именам. Это для того, чтобы женам Темного и Атоса было не так неуютно в компании. Их мужья не так уж долго служили в спецназе, чтобы их жены успели привыкнуть к позывным мужей.
Темного и его жену Лену Ольга знала года четыре, а Атос и вовсе был самым молодым в их компании. Он только недавно, год назад, женился, и детей они с Оксаной еще даже не планировали. Как объяснял сам Атос, его жене Оксане нужно сначала окончить университет, найти работу педагога, а уж потом…
– Как себя чувствует Лена? – поинтересовалась Ольга у Блохина, когда они поздравили молодого отца с сыном и выпили по бокалу шампанского.
– Вроде бы нормально, – не очень уверенно ответил Александр и, смутившись, добавил: – Если честно, то я, когда услышал от медсестры, что Ленка родила сына, обо всем остальном забыл спросить.
– Ты хоть вес и рост узнал, горе-папаша? – рассмеялась Ольга.
В дверях показалась взлохмаченная голова Тита – девятилетнего сына Соболева.
– Вы что тут расшумелись? – поинтересовался он и, увидев, что на кухне сидят не только родители, округлил глаза. – Что случилось?
Мальчик подошел к столу и быстрым движением цапнул кусок шоколадки.
– Да вот, у дяди Саши сын родился, – ответил Соболев, разлохматив сыну и без того торчавшие во все стороны волосы. – Сидим, поздравляем.
– Круто. Как назвали? – спросил Тит с полным ртом.
– Богданом, – улыбаясь во весь рот, ответил Блохин.
– Круто, – снова ответил мальчик и потянулся за второй порцией шоколада, но получил от матери по руке.
– Хватит тебе с утра сладкое лопать, – категорическим тоном сказала Ольга и, развернув сына, слегка шлепнула его ниже спины. – Топай дальше спать. Рано еще.
– Я Мите отнесу. – Тит снова потянулся за шоколадкой.
– Митя спит. За завтраком получит.
– Не спит он. Вот, стоит за дверью.
После его слов дверь тихо приоткрылась, и Митина такая же белесая, как и у старшего брата, голова заглянула на кухню.
– Так, я не понял, – рассмеялся Соболев. – Вы что, уже оба выспались?
Видя, что отец не сердится, четырехлетний Митя, сияя улыбкой, проник в кухню и объявил:
– Мы уже проснулись.
– Ну, раз так, то идите на пробежку, – сделал серьезное лицо Соболев.
– Па, темно еще, – заметил Митя и указал на окно.
– А раз темно, то живо в постель. Кругом марш! – скомандовал Вячеслав и посмотрел на жену.
Ольга улыбнулась и встала:
– Идемте, – сказала она мальчикам.
– А шоколадку? – поинтересовался Митя.
– А по попе? – в тон ему спросила Ольга и увела сыновей из кухни.
– Пускай бы посидели с нами, – все еще улыбаясь, сказал Блохин.
– Нечего моих воинов расслаблять, – отозвался Соболев. – Мальчикам нужны дисциплина и распорядок. Иначе из них мужиков настоящих не выйдет. Вот у тебя сейчас, Сашка, сын родился, и ты теперь за него ответственность несешь как отец. Именно ты, а не Лена. Понял? Негоже мальчишкам за материну юбку хвататься.
– Моя Лена – не твоя Ольга, – вздохнул Блохин. – Я точно знаю, что она над ним трястись теперь будет. Очень уж он ей… нам тяжело достался.
– Ничего, мы ей поможем сына правильно воспитать, – заметил Калинин. – Мужика из него вырастить.
– А ты-то чего рассуждаешь? – рассмеялся Блохин. – У тебя еще детей и в планах нет, а туда же – с советами.
– Это я заранее, – улыбнулся Роман. – Буду тренироваться на твоем Богдане, чтобы потом своих детей правильно воспитывать.
– Вот, давайте тогда еще раз выпьем за Богдана, чтобы он вырос настоящим мужиком. Как его отец. – Соболев покосился на двери кухни и быстро достал из холодильника початую бутылку «беленькой». – По пятьдесят командирских? – предложил он.
– Вот это правильный подход к делу, – одобрил Калинин. – Шампанское пускай девочки пьют.
Ольга больше на кухню не заходила, давая возможность друзьям самим отметить рождение мальчика, как они того захотят. Она знала, что после выписки Елены из роддома все они все равно соберутся семьями и тогда уже по-настоящему, с подарками и тортиком, поздравят Блохиных с рождением первенца.
Мужчины приготовили себе свой мужской завтрак из того, что нашлось в запасах у Соболева, и еще долго бы сидели и говорили «за жизнь», но в семь часов сотовый Соболева опять зазвонил.
– День сегодня какой-то суетный, – проворчал Вячеслав, протягивая руку за сотовым и, посмотрев на дисплей, присвистнул: – Начальство звонит.
