Проходя вдоль фур туда и обратно с одной и другой стороны, парень как бы невзначай заглядывал под машины. И это его поведение не ускользнуло от внимания наблюдавшего за ним. Так продолжалось до тех пор, пока мотоциклист не увидел, что проститутки, разочарованные своей неудачей, удаляются от колонны и бдительность возвращается к охранникам. Парень в желтой майке спешно отошел от машин и направился к своему мотоциклу. Наблюдатель видел, как он сел на него и, проскочив под шлагбаумом, оказался в Малабе со стороны Уганды. Там он развил приличную скорость и умчался дальше по дороге.
Наблюдатель слез с крыши фуры и, удовлетворенный увиденным им, занялся обычными своими обязанностями – стал делать вид, что охраняет грузовики. Никто из спецназовцев и армейцев не обратил внимания на его интерес к незнакомцу, и это его вполне устраивало.
Не обратил на наблюдателя внимания и Сибиряк, который, как и все остальные, был занят тем, что отбивался от нахальных проституток. Он вспомнил про парня в желтой майке только тогда, когда услышал у себя за спиной трескотню мотоцикла. Оглянувшись, Сибиряк увидел, что мотоциклист проезжает под шлагбаумом. Это действие мотоциклиста ему показалось весьма странным, как и то, что никто из стоявших на посту у таможни кенийских пограничников не попытался его остановить.
Перед Сибиряком встала дилемма – говорить командиру, что подозрительный парень переехал на сторону Уганды, или подождать и посмотреть, не вернется ли тот наблюдать за их колонной на той стороне? Поразмыслив, неторопливый на выводы Сосновский решил подождать.
Процедура проверки русского гуманитарного груза на границе прошла довольно-таки быстро – всего за каких-то пять часов. Машины одна за другой перебирались на сопредельную сторону. Когда первое звено из одиннадцати фур уже сформировалось, Соболев дал команду трогаться.
– Тайга, я бы не торопился отъезжать далеко от остальной колонны, – посоветовал Михаил. – Есть нюансы.
– Говори, – Соболев кивнул, давая понять, что внимательно слушает.
– Я не раз проезжал по трассе А109, на которую мы сейчас будем автоматически съезжать. Не самая спокойная дорога. В Уганде, а затем и в Конго колонне лучше всего не разделяться. Высока вероятность нападения на машины. И это будут не обязательно боевики из ЦАР. У них есть связь с местными, так что вполне возможно, что…
– Я понял тебя, Купец. Ты хочешь сказать, что большой отрыв одного звена от другого несет в себе более высокую вероятность нападения на колонну, чем если мы поедем всем караваном.
– Да.
– Хорошо, торопиться выезжать за пределы города пока не будем. Подождем остальных. Я предупрежу Темного и Атоса о наших планах.
Соболев связался с командирами и назначил им встречу у заправки на выезде из города.
На этой заправке Сибиряк опять увидел подозрительного африканца. Вернее, вначале он обратил внимание на одиноко стоящий в сторонке знакомый ему мотоцикл. Осмотревшись, он заметил и хозяина транспорта. Парень стоял, прислонившись спиной к стене, возле входа в магазинчик при заправке. Одет он теперь был уже не в желтую майку, а в синюю линялую футболку и джинсы. На голове у него козырьком назад была надета бейсболка. Но Сосновский сразу узнал его по телосложению, по темным, круглым, как у сказочного кота Базилио, очкам и по серьге в левом ухе, блеснувшей на солнце, едва тот отвернул голову, делая вид, что не смотрит в сторону машин.
Сибиряк хотел было сообщить командиру о подозрительном парне, но увидел, что Рош, который с Ванюшиным ехал на квадроцикле впереди звена, направляется в сторону африканца. Может быть, и он, как и Сибиряк, обратил внимание на подозрительного типа и решил проверить его? Или он решил подойти к нему по какой-то другой причине?
Сибиряк позвонил на сотовый телефон прапорщику и спросил:
– Кутузов, куда это твой подопечный направился?
– Пошел в магазин купить воды, – ответил Ванюшин. – А что?
– Нет, ничего. Просто спросил, – ответил Сосновский и подумал, что слишком уж он стал подозрительным в последнее время.
Тем временем Рош, чуть замешкавшись на входе, бросил парню, стоявшему у стены:
– Плохой у тебя прикид, чувак.
Он усмехнулся и вошел в магазин. Парень нахмурился, потом стал осматриваться. Он увидел, как на него с одной из фур смотрит русский солдат, и поспешил к своему мотоциклу. Перед тем, как сесть на него, он достал из кармана сотовый телефон и кому-то позвонил. Через минуту мотоцикл уже удалялся в сторону города.
Сибиряк слез с фуры, оставив на ней дежурить Балу – армейца из отряда капрала Мандабы, и обошел головную машину, осматривая ее со всех сторон. Вдруг он остановился и присвистнул, а потом по рации вызвал Соболева, который вместе с Михаилом прошел в хвост звена, чтобы встретить машины Темного, подъезжавшие к ним со стороны города.
– Командир, у нас проблема. – Голос Сосновского был тревожным. – Нам на головную фуру рвачку поставили. Красивая такая штука. Убедительная.
– Что?! Екарный бабай! Иду. А ты пока вместе с Ванюшиным всех подальше отгони от фуры к едрене Матрене! Блин горелый, охранники екарные, проморгали…
