– Этого, брат, мало. На тебя ведь напали сзади и неожиданно. Так?
– Так, – согласился Наум.
– Ну вот. А приемы рукопашного боя, которые могли бы тебе помочь, ты на тот момент знал?
– Нет, – покачал головой Наум.
– Вот видишь. А если бы ты их знал, то наверняка бы применил и смог бы справиться не с одним, а со всеми, сколько там их было, нападавшими.
– Трое, наверное, их было, – не очень уверенно ответил Наум, а потом признался: – Нас на базе учили разным приемам рукопашного боя, но у меня не очень получалось их освоить.
– Ну-ка, Доктор, давай посмотрим, что ты умеешь. – Пушкин шутливо толкнул Наума в бок.
В перерывах между обходом вверенных их охране фур Игорь начал учить Наума разным приемам защиты и рукопашного боя. Наум учился легко и весело, такая учеба ему нравилась.
Совершенно другая атмосфера царила в паре Сибиряк – Гринно. Они не только не разговаривали друг с другом (даже при помощи жестов), но и настороженно поглядывали один в сторону другого. Рош при этом смотрел в основном насмешливо, а Сосновский – хмуро и с подозрением. При всем при том Рош, словно бы издеваясь или насмехаясь над Эдуардом, не желал делать обход грузовозов и все больше оставался на одном месте. То потягиваясь и зевая, то присаживаясь на корточки и очищая перочинным ножичком грязь из-под ногтей, он делал вид, что ему скучно. Конечно, охрана любых объектов – это дело не слишком веселое и радости не приносит, но служба есть служба, и когда Гринно в третий раз проигнорировал свои обязанности и не пошел вместе с Сибиряком на обход, Сосновский взорвался.
Подойдя к Рошу, он ткнул его пальцем в грудь и сказал:
– Ты что, пацан, совсем уже обнаглел? Хватит потягиваться, топай за мной! Ты на службе, а не на курорте.
Рош, сотворив на лице удивленно-обиженную мину, резко ударил Сибиряка по руке, оглянулся, не наблюдает ли кто-нибудь за ними, и ответил по-французски, хотя и не понял ни слова из того, что Сосновский сказал ему по-русски:
– Не распускай лапы, русский медведь. Меня уже достали твои подозрительные взгляды и то, что ты за мной шпионишь. Когда-нибудь я рассчитаюсь с тобой за все.
Сибиряк, в свою очередь, тоже ничего не понял из того, что сказал Рош. Но зато он почувствовал ту волну ненависти и злобы, которая исходила от говорившего, и весь подобрался словно для броска. Сильное желание врезать этому олуху возникло у Эдуарда спонтанно, само по себе, и он автоматически прикинул, куда бы ему половчее приложить свой кулак… Но удержался и, указав на машины, произнес, четко проговаривая слова:
– Иди на обход, матрешка.
Словно поняв Сосновского, а может быть, почувствовав его едва сдерживаемую ярость, Рош дернулся, передвинул автомат с плеча на грудь и, усмехнувшись, отправился вдоль машин. Сибиряк пошел следом за ним, сверля спину африканца сердитым взглядом.
– Так-то лучше, – проворчал он некоторое время спустя, но уже беззлобно. Он быстро остывал, этот коренастый и широкоплечий таежник.
Город и вправду оказался вполне спокойным и безопасным в плане грабежей и нападений на грузовые машины. Фурами и их содержимым никто не интересовался. Народ тут был простой и приветливый, поэтому хорошо отдохнуть смогли не только водители, но и охрана каравана. В какой-то момент где-то раздобыли футбольный мяч и решили сыграть в футбол – русские спецназовцы против военных из ЦАР.
Весь район собрался посмотреть на эту игру. Девушки заразительно смеялись и перешептывались между собой, рассматривая загорелые красивые торсы солдат. Дети, особенно мальчишки, шныряли под ногами взрослых болельщиков и с большим удовольствием подавали укатившийся с лужайки мяч игрокам. Мужчины на полном серьезе спорили, кто выиграет – русские парни или чернокожие армейцы, и делали ставки на одну и на другую команду.
Выиграли русские спецназовцы, и все только потому, что в команде противника было два совершенно не пригодных для игры в футбол игрока – Мелитон и Балу. Оба неповоротливые и медлительные, они все время упускали мяч или путали направление, забывая, где ворота их команды, а где – ворота противника. Балу однажды даже умудрился забить гол в свои ворота, после чего его с позором выгнали с поля. Африканцы предпочли играть в меньшинстве, чем иметь такого недотепу у себя в команде.
Удовольствие от игры получили все – и проигравшие, и выигравшие, и болельщики.
После двухдневного отдыха в Митьяне караван с гуманитарной помощью отправился дальше. Было решено, что следующей большой остановкой станет город Форт-Портал в западном регионе Уганды.
Статус города Форт-Портал в округе Кабароле получил сравнительно недавно, и то благодаря тому, что к его территории присоединили несколько районов и подокругов. Да еще за счет того, что именно по самому его центру пролегало заасфальтированное двухполосное шоссе, относящееся к статусу федеральных дорог. То самое А109, по которому и двигался сейчас караван с русской гуманитарной помощью.
