Ночь в Африке заканчивается быстро. Солнце встает из-за горизонта так стремительно, что кажется, будто оно не просто пешком поднимается по небосклону, а мчится на него. Торопится раскалить африканскую землю, как чернокожая хозяйка торопится раскалить докрасна сковородку, чтобы печь на ней лепешки-чапати. Едва забрезжил рассвет, грузовозы стали съезжать с дороги ближе к берегу. Так много больших машин в одном месте местное население еще никогда не видело, и возле фур начали вертеться дети, молодые женщины и пожилые мужчины, которым очень хотелось узнать, откуда прибыл к ним на берег такой большой караван из грузовиков и что в них находится. Армейцы и спецназовцы едва успевали отгонять любопытных подальше от машин. Зеваки только мешали им следить за окрестностями, отвлекая вопросами и попытками влезть на крышу какой-нибудь фуры. Может, именно по этой причине никто не обратил внимания на двух молодых мужчин, стоявших чуть в стороне от всех и спокойно наблюдавших за суетой на берегу. А они стояли, ничего никому не говорили и лишь пристально всматривались в царившую на берегу суету.
Соболев уже уехал в город, в администрацию таможни, чтобы проставить печати на нужные бумаги и получить разрешение на перевозку машин через реку на территорию соседнего государства. Калинин и Блохин отошли подальше от автоколонны и запустили в небо два дрона, чтобы наблюдать за окрестностями – берегом и островами неподалеку. Мальчишки, увидев в небе невиданных ими до этой поры стальных летающих роботов, подбежали к спецназовцам и с любопытством наблюдали за полетом квадрокоптеров, задавая при этом всякие вопросы на местном наречии.
Через час или около того вернулся Соболев и сказал, что на таможне связались с той стороной и паром уже готовят к отправке. Водители засуетились, некоторые даже начали спорить, чьи машины первыми будут переправляться. Двое водителей даже умудрились подраться из-за этого. Пришлось Вячеславу еще и разнимать дравшихся, а потом объяснять, что первыми поедут машины с зерном, следом – фургоны с продуктами, а последними запустят грузовозы с медицинскими препаратами.
Едва автофургоны выстроились в очередь, молодые мужчины, стоявшие в стороне, развернулись и направились вдоль берега к полуразвалившемуся строению, которое стояло впритык к самой воде. Кажется, это был лодочный сарай или что-то в этом роде. Через пару минут после того, как они вошли в помещение, из него, громко и натужно рыча, выехала лодка и помчалась вниз по течению. Проплыв до островов, она обогнула самый большой из них и помчалась дальше, держа курс к противоположному берегу, к речной косе, глубоко уходящей к середине реки.
Паром пришлось ждать не один час. Головная баржа, тянувшая за собой платформу, была старой и еле плыла даже по течению. Но зато сам паромный настил был сбит крепко и был довольно просторным. На нем запросто могли поместиться пара квадроциклов и штук пятнадцать фур. А то и все семнадцать. Тяжелый и неповоротливый, паром пыхтел и разворачивался к берегу платформой чуть ли не около часа. Но когда развернулся и началась погрузка, дело пошло быстрее. Водители на машинах были опытные и выстраивали свои грузовики так плотно друг к другу, что в конце концов удалось вместить шестнадцать вместо заявленных пятнадцати фур. А заодно втиснуть и пару квадроциклов.
– Отлично, – суетился Ванюшин, загоняя один из вездеходов на паром. – Так мы, глядишь, до обеда и управимся, такими-то темпами.
– Твоими бы устами, Кутузов, да мед пить, – с подозрением оглядываясь на толпу зевак, собравшихся на берегу, заметил Калинин. – Командир! – позвал он Соболева. – Мы так и не решили, кто у нас остается, а кто первым поплывет на другой берег.
Было решено, что половина военных останется охранять грузовики, оставшиеся на берегу, а вторая половина и сам Соболев будут переправляться. Потом командир должен был вместе с паромом вернуться и проследить за загрузкой второй партии грузовозов.
– На той стороне границы нас должны встретить патрульные катера и сопроводить до берега. – Михаил указал Соболеву на пару быстроходных катеров, курсирующих по реке.
Река в этом месте была довольно широкой, и катера, которые в этот момент держались ближе к берегу ЦАР, казались маленькими и какими-то одинокими. Но это только так казалось. На самом деле по реке туда-сюда сновало немало разного транспорта. Это были и рыбацкие лодчонки, и груженные какими-то тюками катера и баржи, и даже пара парусных суденышек. Эта суета, с одной стороны, успокаивала Соболева, а с другой – настораживала. Ему все эти баржи и лодки казались подозрительными и не внушали доверия. Он оглянулся на Калинина, который должен был, оставаясь на берегу, следить с помощью квадрокоптера за рекой, и спросил:
– Атос, у тебя все чисто?
– Пока нормалек, – отозвался Роман, не отрывая взгляда от джойстика с экраном.
– Ну раз так, то отчаливаем, – дал команду Соболев и запрыгнул на паромную платформу.
Баржа пару раз рыкнула, натужно дернулась и потихоньку потянула паром.
– Удачи вам, – тихо сказал Игорь Зайцев и махнул рукой.
