Денис запрыгнул на капот замершего неподалеку автомобиля и помчался через дорогу, перескакивая с машины на машину и при этом умудряясь каким-то чудом сохранять равновесие.
У края дороги моментально собралась толпа зевак, некоторые вытащили свои телефоны и принялись снимать происходящее. Серафима и Клим, со всех сторон зажатые публикой, затерялись в толпе, а Денис достиг края проезжей части, спрыгнул на тротуар и понесся прочь, надеясь, что еще не скоро снова встретится с разъяренной парочкой.
Он нисколько не сомневался, что в следующий раз они не станут с ним церемониться и сразу применят силу. Но он уже будет к этому готов.
Гадалка Феофания терпеть не могла незваных гостей. Клиенты обычно приходили к ней по предварительной записи, случайных людей она не принимала. Поэтому, когда кто-то позвонил в салон без предупреждения, Феофания сразу поняла, что ничего хорошего ей это не сулит. Время было уже позднее, она собиралась спать. Если кого-то принесло в такой час, точно жди беды. Сначала она даже не хотела открывать, но нежданный посетитель продолжал трезвонить и уходить, похоже, не собирался.
В окнах ее дома горел свет. Ежу было понятно, что она дома, а значит, затаиться не удастся. Чертыхнувшись, Феофания на всякий случай взяла в руку скипетр Макропулоса, который обычно стоял в углу гостиной, и отправилась в прихожую. Три встревоженные кошки следовали за ней по пятам.
– Кого там принесло? – громко воскликнула она. – Неужели до утра не можете подождать?
Если это снова явился Бестужев, она ему сейчас устроит! Феофания набрала в грудь побольше воздуха, чтобы разразиться гневной тирадой, но из-за двери раздался уже знакомый голос:
– Привет. Мы не успели закончить разговор, а раз уж я все равно очутился здесь, то почему бы и не сейчас?
Феофания шумно выдохнула, отперла дверь и удивленно уставилась на стоявшего на крыльце парня в пуховике.
– Чернокнижец? – воскликнула она. – Как ты меня нашел?
– Странно слышать это от гадалки, дающей рекламные объявления о своем салоне в интернете.
– И то верно, – спохватилась Феофания, ежась от холода. – Входи давай, пока я окончательно не продрогла.
Денис и сам успел порядком замерзнуть, пока искал нужный адрес. Парень быстро переступил порог жилища Феофании, служившего одновременно и гадальным салоном, и с любопытством огляделся.
Рассмотрев его при ярком свете, гадалка снова поразилась схожести Чернокнижца с его покойным отцом. Та же фигура, манера держаться, стройное телосложение. Только черты лица Дениса были несколько мягче, тут он, скорее, пошел в свою мать Елизавету. Но удивительные фиолетовые глаза точно достались от отца.
Заметив у ног хозяйки трех упитанных кошек, Чернокнижец усмехнулся:
– Твои подружки?
– Это Инь, Ян и Марфа. Они никогда не донимают меня ночными разговорами. – Феофания прислонила свой скипетр к стене прихожей. Денис удивленно на него взглянул, затем опустил взгляд на свой жезл. Они были похожи, но его скипетр слегка отличался. Был крупнее и тяжелее.
Кошки окружили его, обнюхали кроссовки. Марфа первая потерлась о ноги Чернокнижца, дав понять, что ему можно доверять.
– Чай будешь? – спросила гадалка.
– Не откажусь, – подумав, согласился Денис. – На улице довольно прохладно.
– Тогда раздевайся.
Пока Чернокнижец снимал пуховик и кроссовки, Феофания потянула носом. От ночного гостя несло гарью.
– Ты что-то взорвал? – спокойно осведомилась она.
– Половину анимешного магазина, – честно сообщил Денис. – А затем еще фургон двух самовлюбленных чудиков из Королевского Зодиака. Но я это не со зла, просто защищался.
Феофания выпучила глаза.
– Надеюсь, они не придут сюда по твоим следам? – с опаской поинтересовалась она.
– Не переживай, я сумел от них оторваться.
– Смотри, мне лишние неприятности ни к чему. Особенно с Королевским Зодиаком. Кстати, у тебя дыра на рукаве. И не одна!
Денис взглянул на рукав пуховика, распоротый темной пери, и тяжело вздохнул. Из нескольких прорех торчали кусочки набивки, а ему так нравилась эта куртка.
– Зашью, – пообещала Феофания. – Но сначала чай.
Она провела его в уютную гостиную, затем прошла в кухню и поставила на плиту чайник. Когда Феофания вернулась в комнату, неся поднос с чайником для заварки, сахарницей и булочками, Денис стоял у зеркала и с ужасом разглядывал стеклянную фигуру, скорчившуюся на полу в углу комнаты. Лицо Алекса Грановского было искажено, словно от сильной боли, тело застыло в неловкой позе, правая рука была вытянута вперед, будто он пытался от кого-то защититься. Инь, Ян и Марфа расположились на диване, пристально рассматривая Дениса.
– А это… и есть твой приятель из Зерцалии? – тихо осведомился Чернокнижец, легонько щелкнув статую по носу.
– Это Алекс, – подтвердила Феофания, поставив поднос на стол. – И то, во что он превратился после стычки с вами.
– Выглядит и правда жутковато, – нахмурив брови, признал Чернокнижец. – Но, как я уже говорил, это все Агата и ее несдержанность. Я тут совершенно ни при чем.
