Собравшись, Андерс задержал дыхание и поплыл изо всех сил, отчаянно надеясь, что направляется к поверхности. Затем у него в горле что-то хлюпнуло, заставив открыть рот – в легкие втянулся воздух вперемешку с водой. Мальчик кашлял и чихал, но уже следующий вдох принес больше воздуха и меньше воды, и когда Андерс моргнул, смахнув с глаз воду, то понял, что оказался на поверхности.
Лизабет прыгнула за ним и просто плыла, навострив уши, беспокойно поглядывая по сторонам. Она подняла морду так, что Андерс сразу понял, что она хочет сказать: «Поплыли на другую сторону».
Он не был уверен, зачем она хотела, чтобы он туда плыл, но послушно повернул и энергично погреб лапами к дальнему берегу – плыть было не так уж далеко, совсем близко к основанию водопада. Дальше озеро заметно расширялось. Все еще кашляя, Андерс вылез на каменистый берег, вода струилась по его промокшей шерсти, хвост был зажат между ног.
Лизабет выбралась на берег рядом с ним. Оба отряхнулись, разбрызгивая воду. «Не нашел выступ?» – спросила она.
«Не нашел, – подтвердил Андерс. – Может, с этой стороны есть?»
«Надеюсь, что так».
Изучая другую сторону, волки действовали медленнее и осторожнее, однако на этот раз им не нужно было просовывать голову в воду, чтобы убедиться, что за водопадом нет выступа. Им пришлось пройти еще дальше.
Резкий каменистый склон водопада был таким крутым, что почти обрывался, однако на нем росли пучки сочной травы. Когда Андерс, вонзая когти во все доступные опоры, вскарабкался повыше, то обнаружил толстую и блестящую зеленую лозу, свисающую откуда-то сверху. Днем он этой лозы не приметил, должно быть, она сливалась с обрывом. Он схватился зубами за лозу, чтобы помочь себе подняться, и тут случилось невероятное: в ответ на его прикосновение вверх и вниз по лозе ожили, словно крошечные огоньки, маленькие белые цветочки размером не больше горошины. Раскрыв лепестки и как будто отражая лунный свет, они медленно колыхались, словно были под водой.
Осторожно пробираясь среди цветов, Андерс услышал удивленный вой ползущей за ним Лизабет. Следуя по указанному лунными цветами пути, они нацелились преодолеть два высоких яруса скалы. Волнение Андерса нарастало. Он никогда не видел таких цветов раньше и даже не слышал о чем-то похожем. Может быть, этот вид растений вывела здесь Флика?
Лапы Андерса дрожали от напряжения, когда он дотянулся до второго выступа, вода грохотала прямо перед его носом. Лунные цветы все еще нежно светились у его хвоста, но выше их уже не было: лоза, казалось, исчезла за водной завесой.
Если за водопадом нет площадки, Андерс просто упадет и снова окажется у подножья водопада, и это будет жестокое падение, запросто способное убить волка. Но рискнуть придется. Он зарычал, предупреждая Лизабет, чтобы отошла подальше, глубоко вздохнул и шагнул в воду.
И оказался в прекрасном саду.
Слева от Андерса все еще лился поток воды, наполняя воздух свежими прохладными брызгами, которые танцевали прямо перед ним. А за водным занавесом был спрятан вход в большую круглую пещеру. В ней должно было быть совсем темно, но вокруг стен вились лозы лунных цветов и освещали пространство мягким светом. Похоже, некоторые из них росли на какой-то металлической решетке. Андерс отряхнулся от воды и, подойдя поближе к стене, встал на задние лапы – на решетке были выгравированы руны, и она оказалась теплой на ощупь. Подумать только, Флика сделала этот артефакт не меньше пятисот лет назад! Наверное, благодаря ему здесь и росли все эти необычные растения.
Услышав позади себя тихий вой, Андерс обернулся и увидел Лизабет. Когда он просто исчез за стеной водопада и не появился обратно, она опешила, но потом последовала за другом. Встав рядом с Андерсом, она тоже начала рассматривать магическую решетку.
«Ничего древнее не видела», – сказала она без слов, лишь шевеля ушами, тихо поскуливая и прерывисто дыша. Человеку все эти жесты были бы почти незаметны, но как волк Андерс понимал – его подруга пребывала в абсолютном восторге.
Встав на четыре лапы, он нюхал цветы в основании лоз. Должно быть, днем они просвечивали через водопад, потому что в ту сторону были направлены головки цветов, темные лепестки которых сомкнулись с приближением ночи.
«Как получилось, что он действует так долго?» – спросил Андерс, огибая край пещеры, где рос небольшой куст с отливающими темно-красным цветом ягодами, а затем бледный мох, который засветился от прикосновения его лап.
«Может, Дрифа приходила сюда, чтобы присмотреть за артефактом и растениями», – ответила Лизабет повернувшемуся к ней другу.
У Андерса перехватило дыхание. Он подумал о том, как его мать – представить которую он мог исключительно в облике дракона, да и то не зная, какого цвета была ее чешуя, – прилетала сюда в длинной череде других драконов, чтобы поддерживать творение давно умершей Флики. Это потрясающее место стоило таких усилий. Оказавшись здесь, где бывала его мать, Андерс почувствовал, что они связаны. В душе его родилась тоска по матери, хотя он только недавно узнал, кем она была.
