– Я же из сельской местности. А для нас на моей планете это основной промысел. Поэтому я часто ходил с отцом на охоту. А сейока очень сложно поймать. Поэтому он и считается деликатесом. Подчас нужно несколько дней подряд, иногда больше недели выслеживать места, где сейок выходит ночью на поверхность. Они роют несколько выходов и, когда убедятся, что один из них безопасен, только тогда выходят для размножения. А стоит спугнуть сейока, и он может на несколько недель уйти в глубину. Но зато когда его поймаешь – настоящий праздник. Денег от продажи одного сейока нашей семье хватало на четыре-пять месяцев.
– Ну что ж, спасибо за лекцию. Довольно интересно. Можете идти.
Парни поднялись и пошли к выходу, оживленно переговариваясь. Я посмотрел на Игнатьеву.
– Вот видишь, если сложно поймать, значит, деликатес. Представляешь, каким деликатесом являемся мы, если за нами охотятся сразу два охотника?
– Да, особенно учитывая то, сколько времени уже длится охота.
Створки разошлись, и мы вновь оказались в зале, где нас встречал Шеметов. Сейчас он стоял гораздо ближе к люку. Чутьем «бессмертных» я ощущал волны страха, исходящие от него. Но внешне это было практически не заметно.
– Чем вызвано ваше столь спешное прибытие? – спросил он, шагая нам навстречу.
Мы пошли к нему. Володаров шел впереди, а я с Игнатьевой по бокам и чуть позади. В руках мы, не таясь, держали «ТТБ».
– И зачем это оружие? – вновь заговорил он, когда мы приблизились.
– Да разговор один есть, Вова, – по-дружески сказал Володаров. – Ты зачем нас продал, а? – приятельский тон пирата мгновенно сменился на ледяной.
– Кому продал? – Шеметов решил играть до конца, но ему с каждой секундой все хуже и хуже удавалось контролировать себя.
– Емельянову, врагу моему. И не просто продал, а заплатил за то, чтобы он убрал нас.
– Ах вот как! – сказал Шеметов. Он уже не таился.
– Именно так. Я бы мог простить тебя, но эти солдаты Федерации не прощают нападений на себя. Верно я говорю, майор Игнатьева?
– Абсолютно верно, – улыбнулась девушка. Меня поразила эта улыбка. Она улыбалась одними губами, а глаза оставались холодными. – За нападение на бойца Федеральной армии приговор один – расстрел на месте без суда и следствия.
– Подождите!.. Я требую, чтобы меня судил трибунал!..
– Что будем делать? – наигранным движением Володаров повернулся ко мне.
– Предлагаю следующее, – произнес я заранее отрепетированную фразу, – он нам рассказывает, зачем пытался нас уничтожить, а потом дает необходимые самолеты. За это мы оставляем его в живых.
– Неплохо. Ладно, давай так и поступим. Согласен? – Володаров повернулся к Шеметову.
– Да… да… Я все расскажу. И дам все, что требуется.
– Итак, зачем тебе понадобилась наша гибель? – спросил я.
– Все просто. Разведка Республики неплохо работает. Они узнали, что ты, Михаил, собираешься уйти в Федерацию. И Правителю это не понравилось. Он объявил вознаграждение за уничтожение твоей эскадры.
– Ясно. Ну что ж, у меня больше нет вопросов. А теперь приступим к ремонту нашего корабля…
И тут началось. Из дальнего конца зала загрохотал пулемет. Я вскинул пистолет и одним выстрелом уничтожил стрелка. Володаров выхватил свое оружие, а Игнатьева уже открыла огонь по Шеметову, метнувшемуся к выходу из зала. Понадобилось два попадания, чтобы убить предателя. Из боковых входов начали появляться бойцы в черных комбинезонах и с развевающимися за спинами плащами. Это были пиратские десантники. Я не понимал, почему пираты придерживаются этой формы, ведь плащи мешали в бою.
Однако стреляли пираты очень плохо. Володаров, Игнатьева и я отошли под прикрытие посадочного пандуса. Мои напарники залегли с левой стороны, а я – с правой. Сначала я думал, что Шеметов просто нанял нескольких наемников для страховки, но теперь видел, что это не так. Десантники продолжали прибывать.
– Сестра! – я включил рацию. – Переходим ко второй схеме.
– Поняла! – послышался ровный голос девушки.
Десантники подходили все ближе. Пистолет опустел. Я достал одну из гранат и швырнул в наступающих. Взрыв разметал часть бойцов. А потом послышались тяжелые шаги «Богатырей» по пандусу и одновременно с ними – рев «Драгунов». Крупнокалиберные пули буквально рвали десантников, не имевших защиты. Отряд Сестры стал быстро продвигаться в зал. В считаные секунды десантники были отброшены. Я вышел из укрытия.
– Лихо сработано? – послышался голос Сестры из внешнего динамика скафандра.
– Лихо, лихо, – ответил я. – Оружие нам прихватили?
– Да, прихватили, – Сестра сделала знак одному из бойцов, и он протянул мне «АК-1000», – но лучше бы вы пошли и оделись в скафандр.
– Ты думаешь, эти стрелки представляют для нас опасность? – усмехнулся я, передергивая затвор.
Игнатьева тоже взяла автомат, а Володаров – два «ЛПМ».
– Какая у нас сейчас задача? – спросила Сестра.
– Нужно полностью овладеть базой. Потом техники перегрузят необходимое оборудование. Все ясно?
– Так точно.
– Ну тогда вперед! – Я побежал к проходу, в котором скрылись десантники.