Капитан поперхнулся от неожиданности, а потом на его голову вдруг опустился железный ломик, и словак рухнул на землю. Опешивший солдат уставился не своего начальника, потом на странных людей, которые выбирались из кузова автомашины из-под вороха шинелей. Солдат не успел открыть рот, как ломик опустился и на его голову. Мгновенно полетел в сторону сорванный амбарный замок, приоткрылась створка ворот, и люди побежали внутрь. Лойзо посмотрел на наручные часы и махнул рукой одному из словаков:
– Вишко, начинай свое короткое замыкание!
Ольга нашла Сосновского и группу Лойзо в песчаном карьере, куда советские бойцы загнали машину и где подпольщики переодевались в захваченное немецкое обмундирование. Сосновский ходил между бойцами и подсказывал, как и что надевать, как использовать снаряжение, как вести себя, чтобы настоящие немцы не сразу раскусили переодетых словаков. Подпольщики посмеивались, подшучивали друг над другом. Хвалили командира за то, что тот придумал с этим нападением на склады. По крайней мере, там военная форма лежала, рассортированная по размерам, и подпольщики сумели в основном взять те комплекты, которые соответствовали их росту и комплекции. Почти не было тех, кто бы выглядел нелепо в короткой для него форме или, наоборот, кому она была бы велика.
– Михаил! – Ольга бросила велосипед и поспешила к Сосновскому.
Подпольщики махали девушке рукой, окликали ее шутками и звали с собой, говоря, что группе требуется срочно сестра милосердия. Ольга только кивала, махала без улыбки рукой. Поняв по ее озабоченному виду, что случилось нечто важное, Сосновский отошел в сторону и остановился, поджидая связную.
– Что стряслось? – спросил он.
– Меня Оскар Бицек прислал. Я к вам, а потом на болото к Виктору. Наши наблюдатели заметили, как к городу с востока подходит немецкое подразделение с пушками. Дядя Бицек говорит, что пушки могут двигаться сюда.
– Пушки? – нахмурился Сосновский, доставая из кармана карту. – А какие пушки, сколько их? На конной тяге или их тащат тягачи, автомобили?
– Четыре грузовика тащат пушки. Стволы короткие и толстые. Они в город не вошли, а остановились у поселка Пыряна, вот здесь. – Ольга наклонилась над картой и уверенно показала Михаилу место, где недавно остановились машины с пушками.
– Короткие стволы, значит, – задумчиво повторил Сосновский, прикидывая расстояние от поселка до болота. Если короткие, это значит гаубицы, которые могут стрелять навесом издалека. Бицек, значит, полагает, что немцы готовы расстрелять свой самолет из пушек большого калибра? Может быть. И в город поэтому батарея не вошла. От Пыряны она может вот этой дорогой добраться до кукурузного поля и оттуда нанести удар.
– Вы так считаете? – озабоченно спросила Ольга. – Значит, это опасно, дядя Оскар не ошибается? Значит, там Виктор и ребята могут пострадать?
– Врать не буду, – покачал Сосновский головой. – Ситуация из ряда вон! Хуже то, что одну батарею без пехотного прикрытия в бой не отправят. Значит, должно появиться и немецкое подразделение. Так что, дуй, девочка, к Виктору, и пусть он готовится. И Бицеку передай, пусть смотрит внимательно и не пропустит подкрепления, которое немцы могут прислать.
– Я хотела сражаться вместе с нашими, с Виктором вместе.
– Девочка ты, девочка! – Сосновский улыбнулся и положил Ольге руку на плечо. – Ты пойми, что останься ты с нами, и тогда без информации мы просто погибнем. Некому будет передать подпольщикам информацию. Ты же всех спасешь, если не стрелять будешь, а выполнять свою задачу связной! Понимаешь? Бой выигрывает не тот, кто стреляет, а тот, кто владеет информацией, кто первым узнает о планах врага и придумывает свой план. А стрелять каждый умеет. Не это самое главное на войне!
Сосновский стоял и смотрел вслед девушке, как она вскочила на велосипед и помчалась к выезду из карьера. «Эх, молодежь, молодежь, – думал разведчик. – Почему же вам хочется стрелять? Войны выигрываются головой, мозгами». Потом Михаил подозвал Лойзо.
– Ну, вот и оправдалась наша затея. Пригодится и форма, и машина. Ты знаешь, где находится поселок Пыряна?
– Знаю. А что, там немцы появились?
Сосновский вздохнул и сказал:
– Хуже. Колонна с гаубицами. Если ты знаешь те места, то давай подумаем, как нам лучше поступить… Сколько у тебя ручных пулеметов?
– Две «зброевки»[4] и один немецкий MG-42.
Сосновский распорядился поставить грузовик прямо на обочине дороги, по которой должна была проследовать артиллерийская батарея немцев. Лойзо быстро разместил своих пулеметчиков и сам проверил, насколько хорошо все они замаскировали свои позиции. Остальные «солдаты» должны были делать вид, что просто слоняются возле своей машины. Прошло полчаса, а немцы так и не показались. Проезжали гражданские машины, дважды проехали военные машины словаков. Сидевшие в кабине только повернули головы, глядя на немцев. Сосновский уже начал волноваться, что батарея проехала другой дорогой и теперь придется искать эти чертовы гаубицы. Но тут к нему подошел Лойзо и кивнул в сторону дороги:
– А вот и наши «клиенты»! Пожаловали бриться!
