Беляна оглядела княгиню, та выглядела взволнованной и растерянной.
— Сон дурной привиделся? — догадалась Беляна. — Хорошо, я покажу тебе его. Вода есть?
— Да! — обрадовалась Огнеслава. — Сейчас.
Она быстро поставила перед ними таз для умывания и налила в него воды из кувшина. Потом принесла свечи и постаралась расставить их так, как в прошлый раз ставила Беляна.
— А ты быстро учишься, — наблюдая, произнесла змея.
— Я ничего не дам тебе взамен, — остановившись, взглянула на неё княгиня. — Все равно покажешь?
— Покажу, — сухо отозвалась та. — Брось на дно что-то, что он держал в руках.
Огнеслава подумала, у неё была только одна вещь, которая напрямую связана с мужем. Достав из-под рубашки подвеску с рубином, она замерла в нерешительности.
— Не трясись так, я не возьму её. Заберешь сразу, как закончим. Даю слово, — прозвучали слова.
Сверкнув рубин упал на дно, тихо булькнув. Беляна зажгла свечи и взмахнула руками над поверхностью воды. Её губы шептали заклинания, а глаза на какое-то мгновение стали змеиными. Вода потемнела, а после проявилось видение. Горан лежал на широкой кровати. Рубашка его была испачкана кровью. Судороги прокатывались по телу, принося боль и мешая дышать. Рядом сидела Мара Мериновна, пытаясь хоть как-то помочь, а у изголовья стоял Аскольд. Видение пропало. Огнеслава схватилась руками за краешек таза. Склонившись к воде, она пыталась увидеть еще хоть что-то, но видела лишь лежащую на медном дне подвеску с рубином.
— Покажи ещё! — испуганно взглянула на змеедеву.
— Нет, — сказала та. — Это всё! Забери подвеску.
Опустив руку в холодную воду, Огнеслава вздрогнула. Увиденное так и стояло перед глазами, терзая сердце и душу. Сжав украшение в ладонях, она посмотрела на змею. Белое, словно свежий снег, лицо красавицы было неподвижно. Сложно догадаться, о чем она думала сейчас. На лице же княгини чувства читались, как открытая книга.
— Что с ним? — взмолилась Огнеслава.
— Отравили, — холодно произнесла Беляна. — Сильный яд, который можно найти только на юге. Он действует не сразу, обычно через два, три часа. Вкус сладковатый с пряным оттенком. Его легко не заметить в вине, если не знаешь, — замолчав, она вздохнула, качнув головой. — Прекрасно помню, как он действует! Судороги и желудочное кровотечение, ощущение будто тебя режут изнутри, потом должна прийти смерть.
Княгиня смотрела на неё со смесью боли и ужаса.
— Яды не могут убить Горана, успокойся. До утра помучается, с восходом солнца полегчает. Денек, другой и совсем оправится! — будто бы безразлично произнесла змея. — Сомневаюсь, что у ведьмы Идунн есть противоядие.
— Противоядие? — встрепенулась Огнеслава. — Оно может помочь?
— Может. Не придется терпеть боль, — отозвалась Беляна.
— У тебя оно есть?
— Есть. Но я не пойду туда. Могу тебя перенести, если хочешь. Сама отнесешь? — не глядя на неё, произнесла змея.
— Мне нельзя покидать дворец. Я обещала. Пожалуйста, передай ему противоядие! — попросила княгиня.
— Нет. Могу отдать тебе и перенести тебя, — сказала змея. — Если нет, то сиди дома и жди, пока сам справится.
В подтверждение своих слов, Беляна раскрыла ладонь, на которой лежал маленький пузырек из синего стекла.
— Хочешь ему помочь, помоги. Я шага не сделаю! — протянула ей склянку Беляна.
Огнеслава сомневалась. Может быть так, что змея её обманывает?
— Тени, явитесь предо мной! — позвала княгиня.
Рядом с ней тут же возникли две девицы, одетые в черные одежды. Не произнося ни слова, они быстро поклонились и с подозрением взглянули на змеедеву.
— Нежана, Горлица, скажите, то, что показала мне Беляна Мстиславовна, правда? — спросила Огнеслава. Беляна подняла глаза к потолку, тихо засмеявшись.
— Да, хозяйка, — пряча взгляд, признались тени.
— Ясно! — решительно произнесла княгиня. — Я согласна, отправь меня туда, — она уверенно взяла из руки Беляны пузырек.
— Мы с вами! — встали рядом тени.
— Неет! — остановила Беляна. — Я не буду тратить столько сил! Это не вопрос жизни и смерти.
— Но ты же сказала, что можешь перенести меня? — в голосе Огнеславы читался страх.
— Переместить живое существо в пространстве сложно. Не скрою, я хочу заслужить твоё доверие, но надрываться не стану, — Либо ты одна, либо никто. Я никогда не была во дворце Идунн, скорее всего он защищен от колдовства оберегами. Перенесу тебя на поле перед ним, а дальше сама. Мара тебя знает, если попросишь встречи с царицей, она отведет к Горану. Только оденься побогаче, чтобы во дворец пустили.
— Не надо, хозяйка, — подала голос одна из теней. — Он справится сам. Не в первый раз.
— До утра еще долго, — ответила Огнеслава. — Вы же чувствуете Горана, скажи правду, ему очень больно?
— Больно… — прошептала тень.
Огнеслава распахнула сундук и принялась доставать одежды. Одевшись настолько быстро, насколько могла, она подошла к Беляне.
— Я готова. Перенеси меня к дворцу Идунн, — уверенно проговорила она и, взглянув на обеспокоенных теней, добавила бескомпромиссно. — Я пойду одна, это приказ!
— Хозяин сильно разозлиться, когда узнает, — потупилась Горлица.
