Ох уж этот ларец! И зачем только старая княгиня оставила его потомкам, лучше бы закопала где-нибудь или утопила, раз он настолько опасен. Вспомнился день, когда мать повела её в подземелье. Дверь долго не поддавалась, замки и засовы проржавели. Но когда мужикам все же удалось открыть тяжелые створки, необычное чувство охватило душу девицы. Оказывается, однажды она уже видела это место во сне, а теперь вошла в железную комнату наяву. Всё внутри трепетало. Так волнительно было встретить свои видения в реальности. Ларец оказался не рубиновым, как гласила легенда, а довольно большим сундуком, обитым металлом и подвешенным на цепях в центре комнаты.
— Во сне он был совсем другой, — прошептала тогда Огнеслава.
— Другой? — услышав обрывок фразы, повторила мать.
— Он не похож на «рубиновый», — громко ответила княжна, — скорее железный или дубовый.
— Да, я тоже думала, что увижу нечто иное, — согласилась княгиня.
Подойдя ближе, Огнеслава попыталась открыть крышку сундука, но та не поддалась.
— Не открывается!
— Не трогай, похоже, колдовство, — предостерегла мать. — Здесь нет ни замков, ни задвижек, как же мы снимем его с цепей? Эй, кто-нибудь, подите сюда!
— Не губи, княгиня! — взмолилась челядь, что ждала за дверью, и в ужасе пала на колени.
— А ну ка! — взревел стоявший поодаль дружинник.
Мать посмотрела на онемевших от страха мужиков и тяжело вздохнула.
— Оставь их.
Огнеслава же тем временем, вновь протянула руку к сундуку, пытаясь вспомнить свой сон.
— Здесь что-то не так, — с сомнение проговорила она, — не могла же старая княгиня принести сюда такой здоровенный сундук одна.
— О чем ты?
— Ай! — вскрикнула Огнеслава.
— Что случилось? — бросилась к ней мать.
Отдернув руку, девица зажала палец, с которого капала кровь.
— Похоже, порезалась, — пояснила она. — Я нажала вон туда, а из отверстия у крышки появилось лезвие.
— Это может быть яд! — испугалась княгиня. — Идем! Говорила же, не трогай! Быстрее к лекарю.
Но только женщины повернулись к двери, как за их спинами раздался скрежет. Какие-то неведомые механизмы пришли в движение, освобождая тяжелые цепи. Обернувшись, Огнеслава увидела, как массивный сундук с грохотом опускается на пол. Стоило ему коснуться железных плит, как крышка сама отщелкнулась и открылась. Коридор, ведущий в подземелье, наполнился криками убегающих людей. Похоже, лишь княжна с матерью остались на месте. Боязливо оглядываясь, они подошли к сундуку. Внутри на истлевшей красной материи стоял небольшой серебряный ларец, обильно инкрустированный рубинами.
— Это он! — ахнула Огнеслава.
Княгиня только покивала ей в ответ. Все произошедшее странным образом взволновало и без того полную впечатлений княжну. Теперь ей стало казаться, что путь в Зеяжск действительно её судьба.
Огнеслава открыла глаза, за окошком всё такой же густой лес, а напротив уснувшая Забава. Опустив руку под сиденье, девица нащупала небольшой сундучок, в котором был спрятан ларец старой княгини. «На месте» — подумала она и, расслабившись, откинулась на подушку.
Второй день оказался самым неудачным из всего путешествия. С утра лил сильный дождь. Дорога раскисла. Кругом болота и непроходимые леса. Сырая серость гнетущими тисками сжимала процессию. Ехали и так медленно, а тут еще молния, ударив в придорожный дуб, завалила его поперек дороги.
— Что там? — поинтересовалась Огнеслава, когда, вымокшая под ливнем, Забава вернулась в повозку.
— Дерево упало. Пока не уберут, не поедем, — ответила девица. — Ох, неспроста это! Не благоволят нам Боги, похоже.
— Не говори ерунды, — отмахнулась княжна.
Снаружи послышались крики и шум, а следом воздух прорезал свист стрел. Гул толпы, лязг оружия, приказ обороняться — не заставили себя ждать.
— Разбойники! — пропищала Забава. — Что же делать?
— Ничего, — ответила Огнеслава, усилием воли сохраняя спокойствие. — Сиди тихо. Снаружи полно воинов, твое дело не мешать.
— Мне страшно, княгинюшка! — дрожащим голосом заныла Забава.
— Не бойся, нас хорошо охраняют. Просто помолись за упокоение душ тех лихих людей, что посягнули на княжеский поезд, — успокаивала помощницу Огнеслава.
«Нельзя проявлять слабость на глазах у тех, кто тебе служит!» — вспоминала она наставления матери, стараясь быть примером для перепуганной напарницы. В тот самый момент, когда Забава почти восстановила самообладание, дверца с хлопком отворилась, и в повозку заскочил странно одетый мужчина. Под накинутыми на плечи лохмотьями виднелась добротная одежда, а на тыльной стороне ладони был нанесен какой-то знак, который он тут же продемонстрировал. Девицы с визгом вжались в стену.
— Княжна, — прокричал мужчина, указывая на рисунок, — я пришел за вами. Не бойтесь, мы спасем вас!
Огнеслава не знала, что это за символ и почему, вдруг, его демонстрация должна что-то значить. Взгляд неосознанно опустился на лезвие меча незнакомца, по которому стекали алые капли. Выглядеть невозмутимой больше не получалось.
— Кто вы? — испуганно спросила Огнеслава — Почему вы решили, что меня спасать нужно?
