Княгиня боялась взглянуть в золотые глаза защитников Зеяжска. Ей оставалось лишь надеяться, что не ошиблась в Беляне.
Люди, следившие за ними, меж тем наблюдали, как точная копия княгини Огнеславы меняется у них на глазах. Краски исчезли с лица, явив нечто пугающее. Черты всё еще женские, но дева, будто известью выкрашена, а очи змеиные.
— Не меня нужно бояться, а того, что подняли оружие против змеиного царя! — крикнула она, рассматривая попятившихся воинов. — Скоро только пепел, летящий по ветру, будет напоминать о вас!
Горделиво подняв голову, она повернулась к змею с алыми, а не золотыми, как у остальных глазами. Огнеслава почувствовала сомкнувшиеся на своём подбородке пальцы.
— Княгиня Огнеслава тайно сговорилась с врагами Зеяжска, обещала покровительство тем, кто заслуживает смерти. Я казню её за предательство! — сказав, змея довольно улыбнулась, послышавшемуся шуму голосов.
— Отпусти её, змеиное отродье! — послышался громкий голос.
Подняв ресницы, Огнеславы увидела, толкнувшего своего коня вперед, Велимира.
— Взгляни, господин, разве это не образец человеческой самости! Ты лишился души и половины огня, чтобы создать Рарог, но его последователи желают тебе смерти. Ты спас никчемного мальчишку от змей, посланных убить его, выучил и вырастил, а он стал твоим злейшим врагом! — крикнула в ответ Беляна. — Жаль, что мне тогда не удалось убить тебя соколеныш! Твоя матушка и родичи погибли зря!
В глазах Велимира отразилось сомнение, а рука сжимавшая копье дрогнула.
— Не хочешь поклониться своему учителю перед смертью? — ещё громче закричала змеедева. — Никогда не задумывался, откуда тебе известна магия змеиного рода? — не унималась она. — До рождения Рарог небесный огонь являл себя лишь в одном существе — Великом огненном змее!
— Нет!
— Да! И если бы не мольбы одной глупой девчонки о сыне, так было бы по сей день! Две половинки единого разделились! Сейчас огненный сокол вернулся! Ты знаешь, с кем он теперь делит жизнь и тело! Один из братьев есть огненный змей, другой — огненный сокол! Думаешь это просто совпадение, а не воля богов? Они похожи, как две капли воды, ибо один — душа, а другой — дух небесного огня. Ведь небесный огонь это одна сущность!
— Ложь! — отозвался колдун.
— Можешь и дальше закрывать глаза, старик, чтобы не видеть очевидного! Ты мстил не тому! — засмеялась змея. — Сколькими ты пожертвовал? Даже собственную жизнь обменял на пустую месть!
Змеедева подтолкнула княгиню, заставляя сдвинуться. Повернувшись к змеиной дружине, она крепче сжала рукоять кинжала. Её холодные глаза встретились с пламенеющими алыми.
— Посмотри на него, на них на всех, господин! Тебе известно прошлое и будущее каждой твари на земле! Сколько зла за каждым, сколько гордыни, самости? Разве они лучше меня? Так за что ты наказал меня, господин? — громко произнесла она и тихо добавила. — Разве твой собственный выбор не проявление самости?
Или показалось, или змей не выдержал её взгляда, опустив голову. В холодных глазах змеедевы снова заблестели слезы. Сверкающая капелька скатилась по щеке. Сдавив пальцами подбородок Огнеславы, она вскинула вверх руку с кинжалом.
— Я говорила тебе, чувства есть слабость! Я уничтожу источник твоей слабости! — крикнула, замахиваясь. — Отринь сострадание, оно делает тебя жалким! Не щади никого, верни себе власть и си…
Острие копья пронзило грудь Беляны. Кинжал выпал, пальцы ослабли. Огнеслава вскинула голову, глаза встретились с голубыми змеиными. Увидев растерянность на лице своей пленницы, Беляна фыркнула и едва заметно улыбнулась. Копьё сверкнуло молнией, исчезая. Покачнувшись, она осела на землю. Огнеслава подхватила её. И поза, и кровь на руках, и сжавшееся в груди сердце, всё в точности повторяло её сон. Только на коленях угасало совсем другое тело.
— Ты действительно та, что дарует жизнь и смерть… — теряя силы, прошептала змеедева. — Я… я не смогла остаться рядом… ты… ты должна пообещать… — схватившись за платье княгини, она заставила её наклониться и сделав последнее усилие прошептала. — Пообещай, что всегда будешь рядом с ним, будешь заботиться и поддерживать…
— Обещаю… — ответила Огнеслава, чувствуя, как слезы катятся по её щекам, а в горле застрял ком несказанных слов.
— Глупая, какая же ты глупая… Радуйся, твой враг повержен…
Змеиные глаза поблекли, теряя блеск. Тело обмякло испуская последний вздох и превращаясь в огромную змею. Княгиня посмотрела туда, где недавно видела старца Велимира. Белый конь шарахнулся, всхрапывая, а колдун камнем рухнул под его копыта и больше не поднялся.
— Северные ворота пали! — послышалось издалека.
Полки пришли в движение. Змееборцы бросились вперед, встреченные огнем змеиной дружины. Царь Шэхриэр ударил по бокам своего коня, подавая знак наступать.
Неведомая сила подхватила Огнеславу, неся по воздуху туда, где её скрыли могучие крылья. Как только она оказалась рядом, Горан обрушил столб пламени, на бездыханное тело змеи. Поймав свою княгиню, он взмыл в небо до того, как стрелы лучников Сакета достигли цели.
