Елизар раздраженно покосился на сестру. Всякий раз, когда отец начинал сравнивать его и племянницу, сравнение выходило в её пользу. Что уж говорить о двух младших братьях, которые еще только грамоте учились. Заискивающе улыбаясь, Беляна проводила дядю и брата. Как только за ними захлопнулась дверь, улыбка исчезла с ее лица. Залив курильницу водой, и произнося слова заклинания, она разрушила ногой непрерывность круга. Будто бы обессилев, девица упала на лавку перед зеркалом. Уронив лицо в ладошки, тяжело вздохнула.
— Как же я вас всех ненавижу… — прошептала она. — Ненавижу…
Потерев лицо, подняла его и взглянула в зеркала. Полированная поверхность не могла вздрогнуть и ужаснуться, она беспристрастно отразила мертвенно белый лик. Со щек исчез румянец. Брови, ресницы, губы совсем не имели цвета. Они были белыми, как у привидения. И только глаза выдавали, что девица живая. Один глаз был голубым, а другой коричневым. Без магических уловок, внешность Беляны скорее пугала, чем очаровывала. В дверь постучали. Она спешно провела ладонью по лицу, и оно снова засияло жизнью и красотой.
— Войди, — разрешила боярышня.
Дверь отворилась, впуская Маису.
— Убери здесь всё, — коротко кивнув в сторону оставшегося на полу круга и залитой чаши, приказала девица.
Рабыня безмолвно склонилась. Беляна поднялась на ноги и покинула светлицу.
Верея уже в сотый раз за день внимательно присмотрелась к невестке. Что за странная перемена? Когда она сегодня явилась на остров ни свет ни заря, то ожидала противостояния. Немного узнав характер Огнеславы, княгиня решила, что девчонка обязательно затаит обиду, а после вчерашнего заступничества со стороны змея, может вообще натворить дел. Каково же было удивление, когда её встретило тихое и покорное существо. Девица даже глаз не поднимала. А это постоянное «да, матушка», уже злило.
— Огнеслава! — раздраженно произнесла Верея. — Ты вообще слушаешь, что я говорю?
— Да, матушка, — покорно проговорила княжна. — После подношений, следует поклониться на четыре стороны. Дальше через коридор, идти к ладье, которая повезет нас на пир.
Она слово в слово повторила сказанное княгиней.
— Посмотри на меня, — приказала Верея.
Огнеслава подняла на неё немного бледное лицо. Верея хотела бы увидеть на нем ухмылку или ненависть, но нет. Лицо невестки не выражало ничего. Совсем ничего!
— Оттаскать бы тебя за косу, да не за что! — подумала княгиня, а вслух произнесла. — Ты видимо устала, закончим на сегодня.
— Да, матушка, — наверное, уже в тысячный раз повторила Огнеслава, заставив Верею нервно сжать зубы и закатить глаза.
— Княжне нужно отдохнуть, — голос свекрови прозвучал громко и несколько надрывно для уверенной в себе хозяйки дворца.
Женщины, которых сегодня собралось в тереме, как никогда много, поднялись с лавок, собираясь покинуть светлицу.
— Матушка, позвольте просьбу, — подала голос Огнеслава. — Не могли бы вы прислать мне летописи Зеяжска. Потомкам должно знать свершения предков.
Верея с сомнением приподняла бровь, но немного подумав, решила проявить благодушие. В конце концов, смирение должно быть чем-то вознаграждено.
— Хорошо, — небрежно ответила она и степенно отправилась восвояси.
Неспешно ступая, княгиня покинула терем. За ней потянулась вереница знатных жен, которые, сопровождая мужей, уже начали съезжаться в столицу, чтобы поздравить молодую чету. Сегодня Верея впервые явилась на остров с кем-то помимо ближнего круга. Сообразив, что свекровь собралась выставить их отношения напоказ, Огнеслава быстро сориентировалась. Чем ближе к свадьбе, тем больше гостей прибывает в Зеяжск. Сейчас она никто, но мнение уже составляют те, кто будет ей служить в дальнейшем. Один неверный шаг и можно поставить своё будущее положение под угрозу. «Княгиня с радостью насладится любой моей оплошностью — решила Огнеслава. — Ну уж нет, после того, что она сделала, я этого не позволю!»
Сохранять спокойствие было несложно. Она слушала свекровь вполуха, не обращая внимания на оценивающие взгляды и странную нервозность, ибо мысли княжны были совсем о другом.
Необычное сновидение, занимало её гораздо больше, чем последовательность грядущей церемонии. Прошлой ночью княжич ушел быстро, однако она долго не могла уснуть. Загадочное обещание, данное им, породило смуту внутри. Никак не получалось успокоить волнение души и ум, порождавший беспорядочные догадки. Сон сморил девицу уже перед рассветом. Пришел словно и не сон вовсе. Это было одно из тех странных сновидений, которые иногда посещали её раньше. Огнеслава вдруг оказалась у реки, через которую перекинут хрустальный мост. Она знала, что это за место — дорога в иной мир. Здесь всегда светит яркое солнце, но туман, поднимающийся над водами священной реки, скрывает от живых другой берег. По мосту к ней шла женщина. Княжна откуда-то знала, что эта женщина красива и молода, хотя не могла рассмотреть её лица. Белые одежды и тело гостьи, как будто сами излучали свет. Женщина остановилась на мосту и поманила к себе.
— Мне нельзя на ту сторону, — ответила ей Огнеслава.
