— Сказки? — вопросительно взметнулись брови тетушек — Как невеста князя может говорить подобное! Не сказки, а один из главных праздников Зеяжска. Змей покровительствует нашему народу сотни лет. За это время он не съел ни одной коровы, да, что коровы, даже ни единого кролика! А такая большая тварь должна же чем-то питаться.
— И что? Вы празднуете день, в который он съедает кого-то из вас? — Огнеслава испытывала ужас, произнося эти слова, она никак не могла понять, почему местные настолько спокойно говорят о столь жутких вещах.
— Княгинюшка, посуди сама, змей — наше благословение. Он силен настолько, что мог бы убить любого и сжечь до тла десяток городов, однако не спалил ни одного дома, кроме того защищает наше государство от недругов и прорицает будущее. А ещё, может вызвать дождь в засуху и погасить большой пожар. От неурожаев, войн и пожаров в других княжествах погибает гораздо больше, чем мы отдаем змею.
— Два раза в год наш народ приносит жертву, юношу или девушку, — подключилась к рассказу еще одна. — Змей не требует только красивых и здоровых, как болтают в других землях. На деле, важен лишь возраст жертвы и чистая кровь.
— Кровь?
— Да. Кровь должна быть здоровой, без заразы. Поэтому, каждый раз перед обрядом, лучшие лекари Белого дворца объезжают все дома, где молодежь покалечилась. Для обряда отбирают двоих или троих самых подходящих, а дальше уже они меж собой решают, кто станет жертвой. Весной, например, девчонка сама вызвалась. Она из семьи погорельцев, пожар потушили, но её огнем так пожгло, что смотреть страшно было. Калека на всю жизнь, ни то, что замуж никто не возьмет, даже по хозяйству помочь не могла. Горлица, кажется, звали. Красивая была девка, а стала страшилище убогое. Так её родичи сами к воротам дворца принесли.
— Разве это не жестоко?
— Не знаю. Но жизнь её была бы хуже, чем у собаки, останься она среди живых. А так почитаемая дева, о которой только доброе скажут. Да и о семье её князь не забыл, подарками одарил, новый дом им за счет казны справили. Своим выбором, она обеспечила ладную жизнь и родителям, и братьям с сестрами.
— Наши предки заключили договор со змеем. Благодаря ему, земли Зеяжска процветают. Договор усмирил чудовище, заставив его служить людям. Разве это не повод для праздника? — попытались успокоить Огнеславу тетушки, видя, что девица все ещё смотрит на них с недоумением.
— А не может разве так случиться, что родня сама покалечит парня или девицу, чтобы змею отдать и дары от князя получить? — вдруг подала голос Забава.
Взоры всех присутствовавших тут же устремились к лицу молоденькой помощницы.
— Что? Вы никогда об этом не думали? — покачала головой она. — Если князь щедро одаривает семью жертвы, думаете, не найдется корыстных людей, готовых обогатиться. Человеческая жадность подчас не знает границ! Хорошо же ваши князья устроились! Ни о неурожаях, ни о войнах печься не надо, как другим. Корми только чудище низкородными людишками. Они богаты, могут любому денег дать, чтобы вызвался жертвой для змея стать, а князья, благодаря этому, ещё богаче будут.
— Замолчи! Как можешь такое говорить, мерзавка! — взвились женщины. — Князья наши, также жертву приносят, как и все мы! Не знаешь, не говори! Хорошо княгиня не слышит, иначе быть бы тебе поротой!
— Тише, тише, — постаралась успокоить всех Огнеслава. — Она по незнанию. Простите её. Не со зла. Не докладывайте княгине Верее, пожалуйста.
— Не скажем, только потому, что ты просишь, княгинюшка. Добрая ты девица, — сказала старшая их женщин. — Но запомните, при княгине даже не упоминайте о жертвоприношении. Вы не знаете верно, но в свое время, княгиня Верея родила близнецов…
— У княжича Аскольда есть брат? — удивилась Огнеслава.
— Был… — многозначительно произнесла старшая из женщин и все замолчали.
Огнеслава вмиг вспомнила сказки деда Деяна, что не раз слышала в детстве. Неужели и то правда, что одного из княжеских близнецов приносят в жертву змею? Сейчас злобное поведение свекрови не казалось ей таким уж мерзким. Подумать только, что пережила эта женщина! Как она справилась и не лишилась рассудка? А скоро и сама Огнеслава войдет в этот род. Словно тяжелый камень лег на грудь. Стало тяжело дышать. Она подумала о змее. Вчера он заступился за неё, княжич назвал его своим другом, но всё же это чудовище, которое пожирает людей.
С другой стороны, змей — всего лишь зверь, как медведь или волк. Зверь утоляет свой голод, чтобы жить. Люди, которых приносят в жертву, для змея просто пища, пища, которую ему добровольно отдают. Разве можно винить змея? Нет. Вина лежит на людях, которые готовы так жить. Вот цена богатства Зеяжска! Княжна мотнула головой, стараясь прогнать недобрые мысли и быстро зашагала в сторону берега. Стоял погожий осенний денек. Солнце ласкало по-летнему, но холодный ветер с реки пробирал до костей.
Вечер наступил быстро. Служанки разошлись, лишь Забава осталась, чтобы составить компанию за вышиванием. Ровно горели лампады. В открытое окошко сквозняком тянуло запахи сырости и тины.
