Она взглянула на вторую чашу с горянкой и прикусила губу.
Марий видел, как Итрида уходила с Дваэлисом. Но как ни хотелось ему присоединиться к их разговору, старейшина ясно дал понять, что это не его испытание, и дейвас остался на месте. Он видел, как Санэл вдруг вскинул лицо к небесам и нахмурился, как подставил руку, на которую камнем упал его орел…
Рудознатец побледнел и безошибочно повернулся в ту сторону, где, скрытые тенями, стояли Даромир и Марий. Одними губами произнес имя. И впервые за все время, что Марий гостил в Гнезде, ему вдруг стало трудно дышать.
Бояна загнанным зверем металась по отведенному бродяжникам дому.
Когда обнаружилось, что Итрида исчезла, Бояну и Храбра быстро окружили воины Орлиного Гнезда. В них не было ни угрозы, ни приветливости, оружие покоилось в ножнах, но скупые слова и холодные глаза будто говорили: вам не скрыться. Хотя Бояна все равно попыталась бы пробиться через стражей, пусть даже их была добрая дюжина – все ловкие поджарые парни с такими же татуировками на лбу, как у Санэла. Ей нужно было найти Итриду и сделать это до того, как кто-то навредит Огневице – или пострадает сам.
Пальцы Бояны коснулись крепления на поясе, и девушка скривилась. Оружие им всем пришлось оставить, и теперь Бояна жалела, что не припрятала даже маленького ножа. Она медленно переводила взгляд с одного рудознатца на другого, размышляя, с кого ей начать. Но сделать ничего не успела: воины расступились, и к девушке подошел Санэл. Одновременно с его появлением на плечо Бояны легла тяжелая ладонь, и рядом встал Храбр.
– Не горячись. Если тебя ранят, Итриде ты не поможешь, – шепнул он. – Давай сперначала узнаем, што стряслось.
– Мудрое решение, – Санэл подошел вплотную к бродяжникам и взглянул на Бояну сверху вниз. – Советую послушать друга, Бояна. Сделать вы ничего не сможете. Здесь бессильны простые люди, как бы ловко они ни сражались. Итрида вошла в Сердце-скалу, в недрах которой живет Огнь-Камень. Сама бы она не смогла побороть защиту Сердце-скалы, а значит, кто-то ей помог. Мы с Болотником идем за ней. Там будет нужна ворожба, не сила.
– А где Даромир? – вдруг спохватился Храбр, оглядываясь по сторонам и выискивая запропавшего шехха. На лицо Санэла набежала тень, и он нехотя обронил:
– Он пойдет с нами. Так решил Болотник, хотя я был против. Марий уверен, что только Даромир сумеет вызволить Итриду. Еще вчера он готов был сбросить Дара со скалы, а сегодня почитает спасением для вашей подруги. Должно быть, он узнал что-то, что изменило его решение. Мне это странно, но я еще слишком мало знаю о ворожбе, чтобы спорить с главой Школы Дейва.
Бояна прошипела проклятие и ударила себя кулаком по ноге.
– Болотник ошибается. Он зря потащил Дара в пекло. Надо было брать меня. Огонь Итриды, он… Морокун побери!
Взгляд Санэла стал задумчивым, но он ничего не ответил – только кивнул коротко и скрылся за спинами своих людей. А Бояну и Храбра молчаливый конвой проводил до гостевого дома. Дверь за ними не заперли, но, выглянув в окно, Бояна убедилась, что рудознатцы и не подумали никуда уходить.
Бояна обернулась. Ее взгляд метался по ложнице, не задерживаясь ни на чем, пока Бояна не увидела свой лук, черной змеей висевший на вбитом в стену колышке. Девушка в несколько шагов преодолела расстояние до оружия и сорвала его с крепления. Дернула из висевшего рядом колчана стрелу и бросила ее на тетиву. Выстрел – чашка на столе брызнула осколками, обратившись в пыль.
– Провались оно все в Навь!
Храбр спокойно опустился на лавку и прижался затылком к стене. Глаза он прикрыл, и только сердитое гудение тетивы говорило ему, что Бояна никак не может угомониться. Лишь когда наступила оглушительная тишина, бродяжник приподнял ресницы и огляделся. Бояна сидела посреди ложницы, прямо на полу, и дышала тяжело, надсадно, словно пыталась сдержать рыдания. Лук мертво валялся возле ее руки. Волосы девушки растрепались; несколько прядей упали на лицо и подрагивали от ее дыхания. Ни одной целой миски не осталось; в воздухе витали перья из подушек. Они медленно, словно снежные хлопья, опускались на стол, лавки и поникшие плечи Бояны. На стенах виднелись отметины там, где их задели злые стрелы.
– Я тебя, кажется, такой еще не видал, – признался Храбр и скользнул на пол к девушке. Он положил руки на колени, не решаясь коснуться подруги, и исподтишка принялся рассматривать ее раскрасневшееся лицо: маленький чуть вздернутый нос, россыпь веснушек на щеках, созвездие родинок под левым глазом… Сейчас Бояна выглядела как никогда хрупкой и уязвимой. Словно исчезновение Итриды выбило опору, на которой для Бояны стоял весь мир. Храбру снова, как тогда, на берегу Черницы, до боли захотелось обнять узкие плечи. Но оборотень лишь сжал пальцы в кулаки – тоже как на берегу.
Бояна с силой поморщилась и спрятала лицо в ладонях.
– Почему она нам ничего не сказала? Почему не взяла с собой? Я хочу пойти за ней!
