1 сентября наша группа прибыла в Чунцин — город в глубине континентального Китая, в провинции Сычуань. После того как японские войска захватили Нанкин, китайское Центральное правительство, ставка генералиссимуса Чан Кайши, ЦК партии гоминьдан, министерства и прочие учреждения, а также иностранные посольства переехали в Чунцин, и он стал временной столицей Китая. Как и Чэнду, Чунцин в центральных кварталах походил на европейские города — широкие улицы, огни реклам, нарядные дамы и господа, масса легковых авто, и почти не видно чисто [209] китайской специфики ни в архитектуре, ни в одежде людей. Много иностранцев, особенно англичан и американцев.
В Чунцине нас встретил Александр Николаевич Боголюбов — главный военный советник Чан Кайши, обаятельнейший человек, а вместе с тем очень волевой, энергичный, хорошо знавший все рода и виды войск. Впоследствии, в годы Великой Отечественной войны, он стал генерал-полковником, а в сорок пятом фронтовые дороги свели нас на 2-м Белорусском фронте, штаб которого он возглавлял.
В первой же беседе с нами Александр Николаевич Боголюбов поделился своими впечатлениями о китайской гоминьдановской армии (он тоже недавно сменил Александра Ивановича Черепанова на посту главного военного советника). Начал с генералитета. Сказал, что из каждых пяти генералов двое — пораженцы. Ратуют за то, чтобы ценой территориальных, политических и экономических уступок заключить с Японией мирный договор. Да и сам Чан Кайши того те склада. Не скрывает и даже публично не раз заявлял, что главный враг гоминьдана — Коммунистическая партия Китая, что его цель — уничтожить Особый район. Только мощный взрыв патриотических настроений широких масс, всеобщая ненависть к японским захватчикам, митинги и демонстрации, требующие мобилизовать народ на борьбу, объединить все его силы для изгнания японцев, очистить правительство и партию гоминьдан от прояпонских элементов, вынудили Чая Кайши отказаться от заключения позорного мира, граничащего с капитуляцией перед императорской Японией.
О молодых гоминьдановских офицерах Боголюбов отозвался примерно так: в подавляющем большинстве ярые патриоты и националисты; противостоят старому офицерству, которое привыкло рассматривать войну прежде всего с точки зрения личных доходов или, наоборот, расходов.
— Вы сами скоро столкнетесь с купеческой жилкой в китайском генералитете, — заметил Боголюбов. — Будьте к этому готовы.
Китайского солдата Александр Николаевич охарактеризовал как очень трудолюбивого и нетребовательного. Кормят его плохо, одет он и обут отвратительно, но — воюет. В обороне стойкий, в наступлении малоинициативен. Хотя армия гоминьдана называется национально-революционной, солдат и офицер отдалены друг от друга, как плебей и господин. Унаследованная от императорских времен рабская покорность, вся система обучения и военного быта, вытравляющая из солдата умение мыслить самостоятельно, не позволяют [210] ему встать на уровень требований современной войны. Обучен слабо. Боевую технику любит. Однако большинство солдат неграмотны, остальные знают десять — пятнадцать иероглифов, поэтому подготовить из них, например, орудийвые расчеты для поступающей из Советского Союза артиллерии очень трудно.
— Наступательных действий боятся все, вся армия — от генералитета до рядовых солдат, — сказал нам главный военный советник. — Заставить китайскую армию наступать — трудная задача. О наступлении много рассуждают, посылают длинные объяснительные записки к наступательным замыслам, словом, переводят бумагу. И только!
Как иллюстрацию Боголюбов привел недавний случай. В Чунцине, в ставке, Чан Кайши собрал совещание главнокомандующих военными зонами, командующих армейскими группами и армиями. Требовал наступательных действий, разгрома японцев. Вместе с тем заявил, что финансовые возможности правительства очень ограниченны, командующие должны изыскивать резервы на местах, налаживать там производство вооружения и боеприпасов.
После речи Чан Кайши попросил слово командующий 18-й армейской группой (так стала называться 8-я армия Особого района) Чжу Дэ. Он сказал, что в Особом районе коммунисты наладили производство стрелкового оружия и боеприпасов к нему, но ведь для наступления нужна артиллерия, нужны тысячи артиллерийских снарядов. Иначе японцы просто расстреляют из пулеметов наступающие китайские войска.
— Где взять артиллерию, танки, снаряды? — спросил Чжу Дэ и сам же ответил: — Я скажу уважаемому собранию, где все это взять.
Генералы заинтересованно смотрели, как он вынул из кителя маленькую записную книжку, полистал и сказал:
