Между тем мы уже у себя в штабе располагали информацией о том, что наши войска готовятся перейти в наступление. По замыслу Ставки, первыми должны были нанести удар объединения, находившиеся пока что довольно далеко от главных боевых событий. Для этой цели предназначались армии Брянского и левого крыла Западного фронтов. Они как бы нависали с севера над дальними тылами орловско-кромской группировки противника, и, чем глубже увязала она в обороне нашего Центрального фронта, чем больше ее танков и самоходных орудий сгорало в ожесточенных боях под Самодуровкой, Понырями и Березовцами, тем более перспективным выглядел внезапный мощный удар по наступающим фашистам с тыла — через Орел.
В этом ударе предстояло участвовать и войскам правого крыла Центрального фронта, то есть тем соединениям, в полосе обороны которых противник до сих пор проявлял активность лишь демонстративно.
На Курской дуге шли еще ожесточенные оборонительные бои, когда мне опять приказали срочно сформировать оперативную группу и вместе с маршалом артиллерии Н. Н. Вороновым выехать в войска Брянского, а затем и Западного фронтов. Работа предстояла обычная — проверка готовности артиллерии к наступлению, помощь артиллерийским командирам и штабам. Прибыли в 11-ю гвардейскую армию генерала И. X. Баграмяна. На каждом шагу резко бросались [110] в глаза фронтовые перемены, произошедшие за минувшие полгода. Если под Сталинградом, при подготовке контрнаступления, нам, оперативной группе маршала артиллерии Воронова, приходилось работать по 16–20 часов в сутки, то здесь в таком изнуряющем темпе нужды не было. Созданные крупные штабы артиллерийских корпусов, дивизий и бригад работали слаженно, не все, конечно, и не всегда получалось, но это были лишь детали в общей надежной, быстрой, четкой деятельности боевого артиллерийского коллектива. Ударная армия Западного фронта — 11-я гвардейская — отлично подготовила к наступлению свою артиллерию. Командующий артиллерией генерал П. С. Семенов был широко известен в войсках как человек ищущий, новатор, всегда вооруженный какой-нибудь новой и оригинальной артиллерийской идеей. Он хорошо распорядился переданными в его подчинение артиллерийским корпусом из трех дивизий, отдельной пушечной дивизией, артиллерийской зенитной дивизией и несколькими отдельными артиллерийскими минометными и гвардейскими минометными бригадами. Докладывая маршалу артиллерии Н. Н. Воронову о плане артиллерийского наступления (оно было назначено на утро 12 июля), генерал Семенов в заключение заметил: «У нас каждый стрелковый полк будут поддерживать четыре-пять артиллерийских полков. Год назад я мог такое увидеть разве что в фантастическом сне».
Контрнаступление началось, противник, атаковавший оборону Центрального фронта, получил мощный удар во фланг и тыл и, ожесточенно сопротивляясь, стал отходить. 5 августа на северном фасе Курского выступа (теперь уже бывшего выступа) советские войска освободили Орел, а на южном фасе — Белгород. Ударные соединения немецко-фашистских групп армий «Юг» и «Центр» были наголову разгромлены. Советское контрнаступление быстро перерастало в общее наступление на советско-германском фронте — от Великих Лук на севере до Черного моря на юге.
Конец 1943 — начало 1944 года в связи с этой ситуацией для работников Штаба артиллерии Красной Армии были весьма напряженными. Наша опергруппа во главе с Николаем Николаевичем Вороновым ездила с фронта на фронт, из одного артиллерийского штаба в другой. Помимо других дел эти поездки командующего артиллерией Н. Н. Воронова преследовали цель личного контакта с командующими артиллерией различных фронтов и армий. Это была интересная работа, но все же чисто штабная. А мне хотелось в строй. [111]
Освобождение Нарвы
В один из весенних дней 1944 года я докладывал Николаю Николаевичу Воронову о группировке артиллерии по фронтам. В это время зазвонил телефон. Командующий Ленинградским фронтом генерал Л. А. Говоров попросил передать трубку Н. Н. Воронову. Закончив разговор, главный маршал артиллерии встал и долго ходил по комнате, о чем-то сосредоточенно размышляя. Затем спросил меня, какими артиллерийскими средствами РВГК мы располагаем на Ленинградском фронте. Я доложил о всем составе артиллерии фронта. Николай Николаевич снова задумался.
— Ленинградский фронт, — сказал он, помолчав, — готовит крупную наступательную операцию с целью разгрома нарвской группировки противника и освобождения города Нарва. Леонид Александрович Говоров просит назначить командующего артиллерией Второй ударной армии. Как вы на это смотрите?
Я немедленно выразил готовность отправиться на Ленинградский фронт. Николаю Николаевичу, видимо, не понравилась та поспешность, с которой я дал согласие на его предложение. Он строго взглянул на меня и сказал:
— Служба на должности начальника оперативного отдела Штаба артиллерии Красной Армии столь же ответственна и не менее почетна!
