- Мой отец... – мечтательно проговорила Гвиневра, поднимая руки, чтобы служанка надела ей рукава. – Он был очень хорошим. Никто не мог сказать, чтобы он сделал кому-то что-то плохое. Он был трудягой. Много работал, сильно уставал, и все ради нас.
- У вас тоже есть кто-то? – оживилась Пенелопа, завязывая широкий белый пояс.
- Брат, – кивнула Гвен, поднимая волосы, чтобы они не мешались служанке. – Раньше он был тем еще ветреником, доставлял множество проблем... Вечно оказывался не там, где нужно, и не тогда, когда нужно, наживал себе неприятности и не желал что-то менять.
- А теперь?
- Теперь он рыцарь Круглого Стола. Все может измениться к лучшему. Может, твой папа и прав, нужно ко всему относиться со смехом...
Тут внезапно приоткрылась дверь, и в щель просунулись один королевский нос и один королевский глаз.
- Гвиневра?
Пенелопа тут же молча присела в реверансе.
- Что? – ответила Гвен.
- Ты не знаешь, где расческа?
Королева хохотнула и повернулась к открывшейся двери лицом.
- А что, Мерлин потерял ее?
- Нет, я этого жидкоголового отправил в прачечную до того, как вспомнил, что надо еще расчесаться.
Пенелопа удивленно смотрела на них. Гвен рассмеялась, ощутив наслаждение от такого давно забытого занятия – смеха. И одновременно с этим возмущенная тоска упрекнула, что она смеется в то время, как ее сын, которого она не уберегла, уже третью неделю мертв.
- Я даже отсюда вижу, что расческа лежит на тумбе около кровати, чудо ты мое.
Король величественно обернулся, увидел расческу, с важным видом поблагодарил жену и закрыл за собой дверь. Гвен весело посмотрела на служанку. Та перевела взгляд с двери на королеву и, не сдержавшись, тоже прыснула.
- Вот так и живем. Кстати, – Гвиневра кивнула на корзину около шкафов. – Когда закончишь с моей прической, тоже, пожалуйста, отнесешь вон то белье в прачечную.
Пенелопа была в восторге. Когда она уже думала, что все потеряно, все наоборот сложилось как нельзя лучше. Пожалуй, это был единственный случай, когда ее помощь кому-то не обернулась ей самой неприятностями. Да и подумать только, какая прекрасная женщина эта королева! Пен радовалась, как маленькая девочка, нашедшая новую подружку. Еще недавно она бы подумала, что дружить с королевой это безумие, но сейчас понимала, что в Камелоте теперь многое идет не так, как было раньше. И сегодняшний день ей казался началом чего-то очень хорошего.
Она шла по коридору замка, неся в руках корзину с грязным бельем, робко спрашивая у встречающихся слуг, как пройти в прачечную, и замирая в восхищении у каждой увиденной картины и гобелена. В одну из таких остановок она вдруг услышала гремящие по коридору шаги и бряцание кольчуги. Обернувшись, она только успела заметить, что прямо на нее бежит какой-то рыцарь. Она дернулась в сторону, чтобы не стоять на пути, но беда была в том, что рыцарь явно увидел ее раньше, чем она его, и тоже свернул в сторону, чтобы не столкнуться. Вследствие чего оба-таки столкнулись и кубарем упали на пол. Часть белья из корзины привидениями взлетела в воздух и шмякнулась вниз.
- Простите, простите, – залепетала Пенелопа, стараясь подняться и не выпуская из рук корзину. – Давайте я вам помогу...
Лучше бы она этого, конечно же, не делала, потому что в руке у нее все еще была корзина, и в результате ее помощи пытающийся подняться рыцарь был завален остатками грязного белья.
- Простите, – с досадой протянула Пен, пытаясь взять белье. Рыцарь сорвал тряпку с лица и зло уставился на нее. Она ахнула. – Ты?..
- Я, – рыкнул тот самый рыцарь, с которым она столкнулась на улице. – Рада? Чего ты тут делаешь, помощница?
- Я теперь служу у королевы, – краснея, ответила девушка.
- Сочувствую Ее Величеству, – язвительно фыркнул рыцарь, срывая с себя грязные тряпки. Лицо Пен, наверное, побагровело от обиды.
- А я не понимаю, как такой грубиян стал рыцарем, – заявила она, с достоинством складывая белье в корзину. – Я думала, туда пускают только умных людей...
- А ты думать умеешь? – огрызнулся мужчина, вскакивая на ноги. – Я из-за тебя опоздаю на тренировку.
- Ну, конечно, из-за меня, – пробурчала Пен. – Но если бы...
- Гриффиндор! – донесся зов с конца коридора. Там стоял другой рыцарь, высокий, со светлыми кудрявыми волосами. – Где тебя носит? Артур с тебя шкуру сдерет, если снова опоздаешь!
- Я... – грубый рыцарь кинул взгляд на служанку, а потом устремился к товарищу. – Я знаю, я уже иду.
И скоро оба уже пропали из коридора. “Все правильно, – грустно подумала Пенелопа, – сама виновата, везде со своей помощью только все порчу. Неудивительно, что люди злятся... Хотя можно было быть и повежливей.” С этими мыслями она продолжила складывать белье, как вдруг ее окликнул другой голос. Она вскинула голову, чтобы увидеть высокого худощавого парня смешной внешности. У него было жутко нескладное лицо с большими торчащими ушами, ясные голубые глаза и черные волосы. Одет он был просто и смотрел приветливо.
- Ты в порядке? – спросил он, присаживаясь на корточки рядом с ней. – Тебе помочь?
Пенелопа уставилась на него в удивлении. Шмыгнула носом.
