Это случилось сразу после того, как она вышла из библиотеки. Гвиневра была занята, разбираясь с торговыми договорами с Мерсией, над которыми уже месяц корпел король и которые были почти закончены. Поэтому у Пен появилось время, и она решила употребить его с пользой – пойти и оттащить от лавки с игрушками сестру, потому что та сильно задерживалась, а ведь у нее на кухне стояла работа. Она накинула свой темно-рыжий плащ, потому что было уже достаточно холодно, и вышла на рыночную площадь. Но до нужной лавки так и не дошла.
Как это произошло – она не уловила. Просто в какой-то момент на ее глаза опустилась темнота, в голову что-то ударило, и она провалилась в безымянное нечто.
Очнулась Пен посреди леса. Она это поняла, еще даже не раскрыв глаза. Лесная тишина, полная жизни и тысячи звуков, забралась в уши, а прохлада, не тронутая людским огнем и краской, защекотала нос. А потом раздался голос, который сорвал с ее глаз повязку.
- Не удивляйся, – заявила фигура, выросшая перед ней.
Пенелопа вскрикнула от испуга и неожиданности. А еще потому что эта фигура выглядела жутко. Словно привидение. Но затем она присмотрелась, и увидела, что это все же человек. Он был замотан в черный плащ, но под ним виднелась бурая ряса. Из широченных рукавов выглядывали вполне человеческие руки. Только вот что-то не человеческое в нем точно было.
Или даже не в нем.
Она порывисто оглянулась. Вокруг стояла в безмолвии чаща, тонущая в осеннем золоте. Но эта чаща дышала, и дышала не так, как обычно дышит лес. В дыхании этой чащи было что-то настолько тяжелое и сильное, что оно давило на уши, заставляя забыть, как звучит твой голос, давило на плечи, будто требуя поклониться. Казалось, от каждого дерева исходит мутный аромат. Здесь было душно, как в жаровне, и при этом холодно. А еще сила, окутывающая это место, чем-то гудела. Это гудение напрягало каждую твою частицу, сковывало, и ты чувствовал себя сплошь деревянным.
“Он друид, – поняла Пенелопа, часто дыша из-за давления. – Это его священная чаща.”
Она слышала об этом. О чащах, что дают друидам неимоверную силу. Она могла это чувствовать каждой крупицей магии, что была в ее собственном теле. Ее магия таяла, млела, лишалась воли под давлением этого могущества.
Только вот друиды использовали свои чащи для исцеления раненых и больных, для мирных обрядов, а еще сюда приходили разрешаться роженицы до Великой Чистки. Почему же сейчас сила этого места похожа на тушу больного дракона? Сила этой чащи была похожа на силу, неизвестно как появляющуюся у раненого с лихорадкой. Что-то было не так. Что-то использовало могущество чащи, что-то ее изменило.
Или кто-то.
- Кто ты? – резко спросила Пен.
- Это неважно, – спокойно ответила фигура. – Важно другое. Что мне от тебя нужно.
Пенелопа сжала за спиной кулаки, чтобы оставаться собранной.
- Что тебе может быть от меня нужно? Я всего лишь служанка.
Фигура двинулась в сторону деревьев. В то же время девушка почувствовала, что не может двинуться с места из-за заклинания.
- Да, ты просто служанка. Но, по счастливой случайности, у тебя есть кое-кто, кто нужен мне. А у меня есть кое-кто, кто нужен тебе.
Друид махнул рукой, и из-за деревьев по золотому ковру из листьев на полянку вывалилась Алиса. Девочка была связана, но Пен поняла, что удерживала ее не столько веревка, сколько заклятье. Рыжевато-каштановые волосы лохматой копной стояли над бледным личиком, на виске алел синяк. Щеки блестели от слез, а губы не могли раскрыться, чтобы что-то сказать. Девочка только вытаращила на сестру глаза и что-то яростно-отчаянно промычала.
- Алиса! – вскрикнула Пенелопа, рванувшись к младшей, но ноги прилипли к перегною. Страх холодными щупальцами объял сердце, но такая редкая в ней злость развернула ее к врагу.
Никто. Не смеет. Трогать. Ее. Сестру.
- Отпусти ее! – потребовала она.
- Не указывай, девчонка, – раздраженно откликнулся друид. – Как ты уже сказала, ты никто. И ничего не можешь мне сделать. Ты бы уже была мертва, если бы не была мне полезна, ведь ты одна из этих шавок, которые не знают, что такое магия, но смеют ее убивать.
“Он не знает, что я владею магией, – поняла Пенелопа. – Значит, он не знает о Четверке. Но зачем тогда..?”
Друид тем временем продолжал:
- Как видишь, служанка, все предельно просто. Я отдам тебе твою сестренку, если ты приведешь ко мне одного человека. Приведешь так, чтобы он ни о чем не подозревал. Ты это можешь, не сомневаюсь, я знаю, как вы близки, ты даже, кажется, влюблена в него.
Девушка похолодела.
- Приведи мне, – произнес друид, – Мерлина.
Как ее вернули в город, она тоже не помнила. В голове засели слова друида о том, что она должна привести ничего не подозревающего Мерлина в лес. Иначе пострадает и умрет ее сестра.
