Конечно, Артур помнил все жестокие поступки отца. Но также он помнил и его теплый взгляд, из далекого детства, когда он мальчишкой возмущался отцу, что ему на тренировках дают деревянный меч, а не настоящий. Отец тогда смеялся, так легко и спокойно... Он помнил руку, державшую его перед собой в седле, когда они вместе ездили в лес, чтобы немного побыть просто семьей, вдали от замка и его законов. Там, в лесу, отец был просто отцом. Он улыбался, он смеялся, он рассказывал увлекательные истории из лихой молодости о разных сражениях, шутки о вельможах и приезжих королях, он возился с сыном в траве, слушая его заливистый смех и ероша светлые волосы. Этот человек был столь же близким, сколь далеким был он во дворце среди всех этих людей, знавших его только как сурового монарха. Зато Артур знал, как глаза его отца могли сиять. Он все еще помнил, как его впервые ранили, и Утер, напряженно следя за Гаюсом, сказал ему, что это не в последний раз. Он помнил, как твердо ложилась на его плечо рука отца перед турнирами и на встречах с послами. Помнил, как на миг тот самый, близкий и простой отец проглянул в глазах короля, когда ему исполнилось двадцать один, и его короновали как наследника трона.
И в этом же человеке победил не отец, а перепуганный эгоист. Утер готов был отдать жизнь за сына, пока тот оправдывал его ожидания. Но теперь...теперь он действительно стал его большим разочарованием, даже достойным смерти. Что ж...это не первый его родственник, пришедший к такому выводу, но у отца хотя бы были причины, в отличие от дяди и сестры.
В дверь постучали.
- Милорд, – склонив голову, вошел Леон, – простите за позднее вторжение, но вы, кажется, собирались отправить распоряжения в Ставелл уже сегодня.
- Прошу прощения, – скромно вошел следом лорд Вимон, – но рейд в Гастеж тоже запланирован на завтра. Вы уже решили, сколько провизии отправит Камелот?
“- Кто будет бояться короля, который не имеет жесткой позиции?
- Я не хочу, чтобы мой народ уважал меня, только потому что он меня боится.
- Тогда он вообще не будет тебя уважать.”
Артур усмехнулся, взглянув на вошедших. В голове промелькнула шальная идея, словно это был просто очередной спор с отцом. Последний раз ведь они спорили на то, сумеет ли Утер уговорить Олафа отдать южные земли. Отец решил, что это дело чести, ведь сын за проигрыш назначил поход к главной поварихе с признанием в любви. Так что когда земли были отыграны, смеющийся Утер хлопнул сына по плечу и приказал за проигрыш купить Моргане платье. Правда, когда Артур заявился к сестре поутру, она от подола до выреза раскритиковала этот “фиолетовый кошмар”, как она его назвала, так что брат просто всучил ей платье и смылся. И решил отыграться. Вот только не успел...Моргана предала их, и Утер заперся в своих покоях, не реагируя ни на чьи слова, не желая ни с кем разговаривать и ничего решать.
“Спорим, – подумал Артур, – спорим, отец, что сейчас они выкрутятся из ситуации? Спорим, что станут переубеждать и будут правы? Если проиграешь...я забуду, что ты сделал.”
- Да, я разобрал документы, – сказал он, поднимаясь и легко задергивая ширму к кровати. – И я решил...не отправлять больше провизию в Гастеж.
- Что?.. – раскрыл рот советник.
- И да, Леон, – повернулся король к рыцарю, – отправь в Ставелл сообщение, чтобы друидов изловили и повесили.
Леон завис. Медленно переглянулся со стариком. Артур, мысленно улыбаясь, ждал их реакции.
“- Они подвергают сомнению твои решения, и ты выглядишь слабым.
- Слушать других – это признак силы, а не слабости.”
- Сир, – вкрадчиво начал советник, – вы уверены, что это мудрое решение? Гастеж наш союзник. Вы сами предложили эту систему. Остальные королевства уже отослали провизию, что будет, если мы вдруг откажемся?
- А с чего мы должны делиться собственным урожаем? – невозмутимо спросил король. – Если Гастеж из-за голода ослабнет – нам же лучше, он тогда будет гораздо сговорчивее.
- Но...как же объединение? Я думал, это конечная цель. Простите мою дерзость, но, кажется, мы не собирались бросать союзников в беде.
- Милорд, – подал голос Леон. – Уже три года у нас действует закон о неприкосновенности и равноправии друидов. Вы хотите его нарушить?
- Мы создали законы, мы можем их поменять, – пожал плечами Артур, внимательно глядя на друга. Рыцарь даже нахмурился.
- Да, но...они не представляют угрозы. Нам же неизвестно, есть ли у них магия. Они просто истощены, большинство из них старики. Вы хотите казнить...их? Сир, я настоятельно прошу вас подумать еще раз.
Артур грустно улыбнулся, качая головой.
“В этом и смысл, отец. Если я умру, я смогу спокойно доверить королевство этим людям. Тебе для этого был нужен наследник. Даже ценой мамы.”
- Хорошая реакция, – только и ответил король, вернулся к столу, взял нужные документы и всучил Леону. – Остальное, полагаю, может подождать до утра? Спокойной ночи.
- Но...
- Спокойной ночи.
Леон услышал приказ в тоне, взглянул на документ, вторично завис, удивленно посмотрел на друга, ничего не понял, но оба гостя поклонились и вышли из покоев.
