- А ты не сможешь? – вскипел Слизерин. Его друг сейчас умирал на кушетке в руках какого-то лекаря, а самый великий и могущественный маг стоял рядом и ничего не делал! – Черт возьми, я же к тебе его привел!
Мерлин посмотрел на него слегка извиняющимся взглядом.
- Это...не всегда получается. Даже почти никогда. Я и Артуру мало когда мог в этом помочь.
- Это чтоб королю жизнь медом не казалась, – жестко фыркнул Сэл. – Оттого что ты ее ему шелками устилаешь.
Парень вдруг изменил взгляд, и это ушастое нескладное нечто посмотрело на него так, что, несмотря ни на что, Слизерину стало жутко. Что-то было в этом парне, что делало его больше, чем все вокруг. И это пугало и заставляло уважать.
- Уходи, – твердо сказал Мерлин.
Слизерин скрипнул зубами, по привычке выпрямив спину.
- Я никуда не уйду от Годрика.
- А я никуда не уйду от Артура, – в тон ему ответил Мерлин. – И мне плевать, что ты о нем думаешь. – Смягчившись, он продолжил. – Я хотел бы помочь Годрику, но моя магия не может играть с жизнью и смертью. Если бы я мог, поверь мне, я бы сделал это.
Больше ничего не говоря, парень снова подошел к Гаюсу и стал помогать ему, поднося какие-то травы и склянки. Слизерин, остыв, скрестил руки на груди и встал, облокотившись спиной о стену, не отрывая взгляда от друга.
Так прошло какое-то время, пока Гаюс (который, как выяснилось, в курсе того, кто такой его помощник) не сказал, что жизнь рыцаря вне опасности и что при должном уходе он поправится через две-три недели. Затем старик сел на скамью, обмывая выпачканные в крови сморщенные пальцы в тазике с водой. Мерлин присел рядом со все еще смертельно бледным, но уже способным говорить Годриком. Более того, у и так болтливого рыцаря, напоенного лекарем вином, как обезболивающим, еще больше развязался язык.
- Видимо...ты все же...будешь посещать замок чаще...чем хотелось,...да, Сэл? – дразняще улыбнулся он, смотря на друга, а тому хотелось его прибить за эту вымученную улыбку.
- Вот еще, – фыркнул Салазар. – Меня от тебя избавили не меньше, чем на две недели. И ты ожидаешь, что я сюда таскаться еще буду, вместо того, чтобы праздновать?
Мерлин присел на кушетку.
- Расскажите, как это случилось.
И когда заплетающийся язык рыцаря и язвительный голос его друга рассказали всю эту историю со злым скоморохом с самого начала, Мерлин не на шутку разозлился.
- Почему вы мне ничего не сказали об этом?!
- У него спрашивай, – беспечно махнул рукой на друга Салазар. – Это он не хотел тебя от дел важных отрывать.
- А ты тут что, с боку припека? – раздраженно и требовательно воскликнул Мерлин, повернув голову к нему. – Ты тоже знал и не сказал!
- Я не обязан отчитываться перед тобой, Эмрис! – ощетинился Слизерин, не замечая растерянного взгляда Годрика, который выглядел, как ребенок, который хочет вставить слово в ссору родителей.
- Обязан, если хочешь остаться в Камелоте! – жестко отчеканил парень. – Вы оба здесь живете с моего разрешения.
- Эй... – сипло позвал Гриффиндор, дотянувшись слабой рукой до плеча Мерлина, заставив того обернуться к себе. – Сэл сразу предложил...рассказать все тебе... Это я...я просто не хотел...тебя тревожить... – он улыбнулся извиняющейся детской улыбкой, говорящей: “Представляете, какой я дурак?” – Ты же...у тебя и так полно...проблем...что...
Он махнул рукой, считая, что сказал достаточно, чтобы его точка зрения была понятна. Прикрыл глаза, дыша, а на его лбу выступила испарина. Мерлин вздохнул и, видя, что начинается лихорадка, завершил спор словами:
- Спасибо за заботу обо мне, но впредь такого не должно повториться. Все, что хоть как-то касается Артура, – слышите? – абсолютно все, касается и меня. Я должен знать обо всем, что может ему чем-либо грозить. Меня оба услышали?
Годрик, не открывая глаз, слегка поднял руку, как при клятве. Слизерин, которого Эмрис буравил взглядом, сначала фыркнул, а потом нехотя кивнул. Его бесил этот властный тон, бесило, что ему нужно подчиняться этому ушастому недоразумению... Но это же Эмрис. Он не мог ему перечить.
- А что мы скажем королю? – подал голос слушавший весь разговор Гаюс. Мерлин пожал плечами.
- Правду. В этой истории нечего скрывать.
- Кроме того, что здесь был замешан колдун, – на недоуменный взгляд своего ученика старик вздохнул. – Мерлин, тебе не кажется, что как-то бессмысленно ждать, когда мнение Артура о магии изменится, пока в его жизни присутствуют только колдуны, которые хотят его убить?
Годрик тихо хмыкнул.
- Я могу завтра...явиться на тренировку, и...когда он...спросит, как меня...угораздило быть...раненым...почти насквозь, я скажу,...что врезался в фонарь.
Слизерин и Мерлин засмеялись.
- Я говорил ему и более неправдоподобные отмазки, и он верил, так что, знаешь... – смеясь, сказал последний.
- Какая была самая неправдоподобная? – спросил Сэл с интересом.
- Что я ворую у него еду, чтобы он не толстел. К счастью, к тому моменту, как могли появиться подозрения, он и правда потолстел, так что я вышел сухим.
