Не всю жизнь. Не всю это на сколько? Пока не решу свои проблемы. По хрусталю пробежала дрожь. А я тебе зачем? Прямо спросил Марцель. Вихляние из стороны в сторону стало уже надоедать, а прочитать что-то в прозрачном лабиринте кроме бликов пламени не получалось. — Ты нарочно ждал, пока Шелтон уйдет. Я видел. — Ждал. Не стал отпираться лже-священник и одним змеиным движением придвинулся к Марселю почти вплотную, так, что можно было даже почувствовать мятный запах в теплом дыхании.
— Я видел тебя с Ульрике. Она не хочет говорить со мной. Сам я ее не смогу поймать. Уговори Ульрике встретиться со мной. Тебя она послушает. — А-а-а… Марцель растерялся. Желудок выкручивало то ли от скверного предчувствия, то ли от голода. — Зачем тебе ульрики, Алекс?
Только поговорить… Не отводя взгляда, качнул головой он. В черных глазах было не различить, где кончается зрачок и начинается радужка. — Ничего больше. — Ага… — снова повторил Марцель. Затем прислушался к себе, пригляделся к трепетанию пламени в центре хрустального лабиринта и, вытянув дрожащими пальцами сигарету, протянул ее Декстеру. — Прикоришь?
Он улыбнулся. — Конечно. Черные глаза на секунду обрели призрак цвета. Синий, зеленый, живой. Удерживая взгляд Марцеля, Декстер наклонился к сигарете на расстоянии разжатой ладони и медленно выдохнул, глядя снизу вверх. Кончик сигареты затлел. Марцель криво улыбнулся и, с трудом поднеся ее к губам, втянул дым. Руки и ноги были как ватные, а голос охрип.
Спасибо. — Не за что.
Значит, после этого я должен тебе поверить? Интересно.
Я ничего не скрываю, — выпрямился священник, поджимая губы. — Это, по крайней мере, честно. У Марцеля вырвался смешок. Не поспоришь, но выдавать свои маленькие грязные секретики парням вроде меня, чревато нехорошими последствиями, не находишь, а? А вдруг бы я заорал и убежал, или полицию вызвал? Так поступают обычные люди. Декстер, наконец, отвернулся, наощупь сгребая сигаретную пачку.
Я научился различать своих и чужих, к тому же ты человек ульрики, поговоришь с ней, я действительно не причиню ей вреда. Она мне очень нужна. — Вы любовниками были, что ли? — ляпнул Марцель и чуть не проглотил сигарету, закашлившись.
Чёрт, Шелтон правильно говорил про мой язык.
Лжесвященник рассеянно прикурил, так же, как Марцелю до этого, и затянулся, откидываясь на спинку скамьи. — Первый раз увидел её два дня назад в оплоти.
Интересное уточнение.
Марцель вгляделся в хрустальный лабиринт. Пламя завораживало и ужасало. — Верю, насчёт всего, но пока ничего не обещаю. Мне надо подумать. — Хорошо. Неожиданно улыбнулся он и протянул руку сигаретой, осторожно касаясь щеки Марцеля костяшками пальцев. Столбик пепла сыпался за воротник, но Женя ощущалось чем-то далёким, как образ из сна.
Спасибо.
Пока не за что. Когда Александр Декстер ушёл, Марцель кубарем скатился с лавки, сорвал полную пригоршню мокрой травы и принялся олихорадочно оттирать щеку, следы прикосновения словно горели, следы прикосновения словно горели, его знобило. Шелтон вернулся спустя восемь с половиной минут, Марцель считал. Стратег оглядел промокшего насквозь напарника и нахмурился.
Я планировал сразу пойти в кафе Анны на завтрак, но, видимо, придется заскакивать домой и переодеваться. Что тут случилось? — Ну, мы поговорили тут с Алексом, то есть Александром Декстером. Марцель, пошатываясь, поднялся на ноги и поплёлся к напарнику.
Шелтон, он жуткий тип, он точно пирокинетик, сигарету мне поджёг, а я… Чёрт, мне в первый раз курить расхотелось,
Думал вообще там уписаюсь, а он ещё так руку протянул и меня, меня за лицо трогал.
Чёрт! У тебя было когда-нибудь чувство, что перед тобой необычный живой человек, а какая-то чума под человечьей шкурой, что пискнешь не так, и тебя просто сожрут, а может, не сожрут, может, ещё похуже что, а ты даже ничего не успеешь сделать, а оно неконтролируемое — Вообще!
И что ему придет в голову через секунду, ты не… Марцель захлебнулся вдохом и в изнеможении уткнулся лбом напарнику в грудь. Шелтон сглотнул. Пульс у него сбился с ритма и участился. — Думаю, что мне периодически приходится чувствовать нечто подобное.
Ты не мог бы сейчас отпустить мой свитер? — А, да, — вяло ответил Марцель, отцепляясь от напарника, хотя больше всего сейчас хотелось забраться ему холодными руками под свитер и насильно перелить в спокойный разум безумные впечатления последнего часа. Ты знаешь, он ульрики искал, ему от нее что-то очень нужно, и еще он ее немного боится, но зла ей не желает, и знает много такого, что вроде бы хочет мне рассказать, но не может, потому что тогда он нарушит правила и лабиринт рухнет.
Лабиринт самоконтроля, хрустальный такой, а посередке огонь. Ну, и его правда зовут Александр Декстер, он не Ноаштайн. — Это я уже понял. Шелтон педантично оправил одежду. И Декстер не наш пирокинетик, хотя с нашим он безусловно связан. В следующий раз нужно будет расспросить его поподробнее. Кстати, ты прав, пирокинетик определенно был в левом углу, там сильно нагрелись все металлические предметы.
