Решив не терзать себя бесплодными домыслами, я убрал бумагу в сторону, подбирая новую. Маленький в сравнение с остальными лоскуток был сплошь исписан темно-синими чернилами и, спасибо, эти буквы выводила знакомая с каллиграфией рука. Здесь шло перечисление компонентов: серебро, вода, соль, фосфор, киноварь, эфирное масло, кальций, фруктоза, а также некое «Исходное вещество», напротив которого стоял жирный знак вопроса. Все это давалось по убыванию с исчислением массы и в сумме, по моим подсчетам, образовывало ничтожный двадцать один грамм. Однако наименования конечной субстанции, которая должна была получиться из смешения указанных ингредиентов, я не приметил, равно как и пошагового описания процесса приготовления или каких-нибудь дающих разъяснения пометок.
С химией я был знаком совсем ничтожно, но все же пытался сопоставить представленные элементы во что-либо единоцелое. И лишь неожиданно загулявший по зале легкий ветерок прервал мои раздумья. Он тут же принялся шелестеть бумагой, роняя листы с полок и столов, смахивать с книг осевшую на переплетах пыль, аккуратно касался моих незащищенных тканью ладоней. Слабый, но в то же время до дрожи морозный воздух — откуда он мог исходить? Разве что из приотворенных мною врат. Однако этот вариант быстро отпал — дуновения доносились совсем с другого направления. При этом окон в библиотеке я не приметил. Зала представляла из себя простую, огражденную со всех сторон сплошным камнем коробку. Вдруг холодный воздушный язык уже более яро, словно призывая сильнее обратить на себя внимания, облизнул мою щеку. И теперь идея отыскать источник ветра полностью завладела моим рассудком. Я опустил маленький листок бумаги обратно на стол и вооружившись факелом двинулся на поиски.
Впрочем, мои розыски окончились весьма скоро. Воздушный поток тянулся незримой, но очень ощутимой ледяной ленточкой, окончание которой привело меня за ряды книжных стеллажей, прямо к сложенной грубым черно-серым камнем стене. Однако прорывался ветер вовсе не сквозь швы между блоками. Корни морозного дыхания уходили далеко под землю — воздух выползал из огромной, около двух ярдов в поперечнике, пробитой полу дыры. Сквозь нее прекрасно угадывались очертания расположившейся этажом ниже небольшой аудитории с одноместными партами, перевернутыми стульями и общим царившим в комнате бардаком. Но на лекционном классе пролом не прерывался, ныряя еще ниже, и уже на такой глубине его захватывал совсем непроглядный мрак.
Подобрав с пола один из сотен кафельных осколков, я отпустил его в чернильный зев. Тьма быстро проглотила принесенную ей жертву, а спустя пару секунд послышался приглушенный, подхваченный эхом звук удара плитки о камень. Высота была не сказать чтобы ничтожная, но и отнюдь не самая большая, оттого мне сразу захотелось спуститься на дно. Хотя я прекрасно понимал, что там меня могло ожидать абсолютно все, что угодно, причем едва ли нечто светлое и пушистое. Такую пробоину сподобилась бы сотворить либо очень мощная магия, либо обладающее титанической силой существо. И оно до сих пор могло дремать где-то там, под покровом мрака… Впрочем, нет, маловероятно. Кормиться здесь нечем, поэтому, скорее всего, я не отыщу там никого живого. Но что-то в подземелье явно обитало. А если вспомнить слова Вильфреда Форестера, говорившего, что простая живность не выносит магической
Троса или хотя бы маломальского подобия лестницы мой глаз поблизости не приметил. Одни книги и предназначенная для них мебель — чего еще ожидать от библиотеки? Поэтому мне не оставалось ничего, кроме как спускаться безо всякого снаряжения. Наверное, я мог бы сплести какое-никакое заклятие, но ни единого, способного помочь решить возникшую проблему, так и не измыслил.
