— Мы можем найти вам подходящее нижнее платье, — сказала я. — Зачем носить только одно?
— Они не достаточно длинные, — сказала она, все еще отводя взгляд. — Не достают до шеи.
Я задумалась, пытаясь понять, было ли это обычаем алькоранцев, прикрывали ли люди кожу. Все алькоранцы в Лилу носили болеро с высокими воротниками, но я подумала, что это часть формы. Я не знала о них так много, как думала, и это меня беспокоило. Кольм это знал? Или этого не было и в их книгах о культуре?
— Я смогла бы пришить воротники к платьям в вашем сундуке. Тогда вы будете их носить?
Она посмотрела на меня.
— Это вас беспокоит?
— Да, если честно. Мы с вами уже выглядим как пара тряпичных кукол. Не стоит ухудшать вид, если этому можно помешать.
Ро посмеивался со своего места. Джемма посмотрела на рвущийся рукав.
— Если платье было бы достаточно длинным, я бы его носила.
— Отлично. Ро, у тебя есть швейный набор на борту?
— Есть, леди королева.
— Принеси, пожалуйста.
Он опустил шест и пересек палубу, пропал в палатке.
— Вы, кстати, выглядите неплохо, — тихо сказала Джемма.
— Я слышала про опаленные волосы и короткие платья. Моя рука закутана, как младенец. Простите, но я не согласна с вами.
— Никто не засомневается в том, что вы — королева, — сказала она.
Я разглядывала ее. Она смотрела на реку, ее материалы все еще были сжаты на коленях.
— Поза, — сказала я. Один из ранних уроков. Я постучала пальцами под подбородком. — Сядьте прямее. У вас красивые глаза, Джемма, не отводите их, словно провинились. Плечи назад, подбородок выше, — я повторяла слова матери. — Показывайте уверенность, и люди вам поверят.
Она не слушалась, а закрыла глаза медленно, почти с болью. Я услышала, как она выдохнула носом.
Палатка зашуршала, и Ро вышел с плоской коробкой в руке. Он вручил ее мне.
— Швейный набор для леди.
— Благодарю, — я взяла его и выждала немного, но Джемма не открыла глаза и не заговорила. Она запомнила мой совет, как я надеялась. Но мне не было дела до того, последует ли она ему.
Я без слов оставила ее с чернилами и ушла в палатку к ее сундуку. Там было четыре нижних платья. Я вытащила их на палубу и почти все утро разрезала одно на полоски, подгоняла их форму и пришивала. Мимо проносились болота, кипарисы и тупелы, со временем их становилось все меньше. Влажный воздух значительно потеплел.
— Ты мне соврала, — сказал Ро около полудня.
Я подняла голову. Поток был теперь быстрее, и он опирался на свой шест и наблюдал за мной.
— Когда?
— Вчера. Когда ты сказала, что у тебя нет тайного таланта.
Я посмотрела на почти законченный воротник в руках. Осталось только пришить пуговицу, сняв с одного платья для другого.
— Пение тебя не впечатлило.
Он молчал минуту, и я подумала, что он продолжил грести. А потом он сказал:
— Прости.
Я снова подняла голову.
— За что?
— Я не хотел тебя расстроить. Мои шутки, видишь ли, не всегда удачны.
— Я заметила. И мы договаривались, что ты держишь их при себе.
Он улыбнулся.
— Я пытаюсь, честно. И я хотел бы услышать твою песню. Споешь сейчас?
— Нет, я занята, — мы врезались в бревно. Лиль выругался сзади. — И тебе стоит. Займись делом.
— Ладно. Я спою, — он поднял шест, оттолкнул лодку от бревна и запел длинную сложную и странную песню про гуся, крокодила и кошмарный большой банкет. Я склонилась над работой, чтобы не показать свое веселье.
Он почти добрался до одиннадцатого куплета, когда его голос вдруг оборвался.
— О, — сказал он. — Выше по каналу.
Я подняла голову. Деревьев почти не осталось, и впереди был просторный открытый водный путь, такой широкой реки я еще не видела. Ближайшие деревья были в четверти мили, а то и дальше, отделенные от нас мутной водой.
— Тут грести не выйдет? — удивленно спросила я. Я не знаю, что ожидала — еще одну реку, наверное. Но река была шириной с расстояние между Черным панцирем и островом Грейраен, тут пролезло бы несколько кораблей.
— Нет, тут слишком глубоко. Придется взять лодку с веслами. Они там. Хм, придется, наверное, немного подождать, — он вздохнул. — Королевы, боюсь, придется вернуться в палатку. Знаю, жарко. Простите.
Я собрала свою работу и швейный набор. Джемма ушла в палатку. Я — за ней. Там было не просто жарко. Там было душно, пахло нагретой тканью и солоноватой водой. Я приоткрыла вход в палатку и села на пол.
— Что думаете? — спросила я, поднимая первое законченное платье для Джеммы. — Это подойдет?
Она посмотрела без энтузиазма.
— Да, неплохо. Спасибо.
Я посмотрела на грязный воротник платья на ней. Кожа над кружевом была красноватой, словно ткань душила ее.
— Наверное, высокие воротники неудобны, — бодро сказала я. — Особенно в жаркую погоду.
Она пожала плечами и отвела взгляд.
— Смотрите, кто приплыл, — сказал снаружи женский голос, мы напряглись. — Пара Робидью не к добру. За буксиром?
— Да, мисс Розалина.
