Огонь сильнее мрака полностью

От него вглубь прихожей медленно пятился кто-то маленький: кажется, ребенок, мальчик лет этак восьми-девяти. Джон опустил оружие, и тотчас проклятый мальчишка, развернувшись, бросился наутек. Бежал он странно, раскачиваясь, с каким-то неуклюжим подскоком. Тут же стала понятна ошибка: то был не ребенок, а согбенный почти пополам горбун. Джон кинулся за ним, настиг на пороге маленькой загаженной кухни, схватил за шиворот, повалил на пол, упал сам сверху. Ребра полыхнули огнем. Горбун рычал, извивался, отпихивался влажными длинными руками, норовил схватить за лицо.

ублюдок сраный выследил успел как боялся все смерть пришла смерть один теперь один не уйти дерьмо падла тогда у тилли взял теперь взял сколько ни бегай смерть придет пришла мама мамочка ублюдок глаза выдавлю

– Наручники! – выкрикнул Джон. Джил подоспела, защелкнула браслеты. Горбун заверещал, но получил пинка и затих, сопя расквашенным носом. Джон рывком поднял его на ноги, отволок в комнату и бросил на вонючую разобранную постель.

– Уб… людок… – проквакал тот, брыкаясь. Джил влепила ему оплеуху, с ухмылкой выслушала ответный вопль, отвесила еще одну.

– Погоди-ка, – сказал ей Джон.

Горбун задышал, с хлюпаньем втягивая затхлый воздух, а Джон все присматривался и присматривался к нему; тот вдруг натужно, с горловым свистом прокашлялся, очень знакомым движением повел головой – будто за шиворот затекла вода, – и тогда Джон наконец вспомнил. Тогда у тилли взял теперь взял. Десять лет прошло. Ну да, верно.

– Клифорт, – сказал он. – Баз Клифорт. Кабак «У Тилли». Верно?

Горбун вытянул губы трубкой и с оттяжкой сплюнул красным.

– Что с тобой стало? – продолжал Джон. – Ты же был нормальным.

Клифорт оскалился.

– Это все ты! – просипел он. – Это ты меня тогда легашам сдал. В «Тилли» нашел и сдал. А потом судья мне девять лет вкатил. Девять лет, сука-вошь! На траханных рудниках!!

Джон расправил плечи и сунул револьвер в кобуру.

– Как ты догадался, что я ублюдок? – спросил он.

Клифорт заерзал, силясь принять сидячее положение. Горб мешал ему, скованные руки беспомощно топорщились в блестящих полукружьях наручников.

– Время было подумать, – сказал он, пыхтя. – Девять лет. В забое крепь обвалилась, сука-вошь. Прямо по спине шарахнула. Когда в лазарете валялся – все думал. И сообразил. Не мог ты меня опознать. Рожи моей никто не знал. А ты тогда в «Тилли» пришел. Я еще подумал: странный парень, сука-вошь, шатается, всех за руки трогает. Не пьяный вроде. И меня схватил. Подержал, отпустил и на улицу вышел. Думаю, все, допиваю и сваливаю. Ну, допил. Только встаю – констебли в кабак лезут. И прямо ко мне.

«А ведь он не один такой, – подумал Джон. – Сколько людей из тех, кого я читал, потом сложили два и два – и поняли, с кем имели дело? Финн Хитчмен, к примеру, – он понял? Неглупый ведь мужик. Ох, не в последний это раз мне записочку подбросили…»

– В общем, так, Баз, – сказал он. – Парень ты, конечно, резвый. Решил и денег срубить, и на сыщике-ублюдке отыграться. Да только я, видишь, проворней оказался. Теперь слушай и не пропусти ничего. Жить – пока живи, мразь поганая. Но если кто-нибудь про меня узнает – хоть одна душа, хоть шлюхе в борделе проболтаешься, – приду и убью. Терять мне нечего, ублюдкам в Дуббинге места нет. Так что помирать будешь долго. Все ясно?

Клифорт покряхтывал, кашлял, напряженно вертел головой. Джон помнил этот жест: тогда, «У Тилли», сидя за столиком и озираясь, Баз точно так же дергал шеей. Словно вода затекла за шиворот.

– Ясно, – буркнул горбун. – Браслеты сними…

– Обойдешься, – сказал Джон. – Пошли, – бросил он Джил и шагнул в коридор. Там его ждал сюрприз: из боковой двери – был в этой халупе, оказывается, еще один закуток – торчала седая всклокоченная голова.

– Баззи? – шепеляво позвала голова. – У тебя кто, Баззи? Ты кого привел? А?

Она уставилась на Джона невидящими глазами. Закуток, откуда она высунулась, источал миазмы.

Клифорт, оставшийся в задней комнате, сипло застонал.

– Браслеты! – взвизгнул он. – Браслеты снимите! Эй!.. Д… Джон! Барышня!

– Баззи?! – заволновалась голова. – У тебя опять гости, что ли? Ась? Опять нажрался, подлюка? Я т-тебе сейчас…

– Идите спать, мамаша! – с мукой закричал Клифорт. – Джон! Браслеты сними!! Как человека прошу! Ключи хоть дай, сука-вошь!

– Я тебя, засранец, научу кого попало водить! – пообещала голова. – Слышь, Баззи! А ну, иди сюда!

– Браслеты! – кричал Клифорт. Джон сжал зубы.

– Дай ключ, – сказал он тихо. Джил вложила ему в ладонь ключи от наручников. Джон вернулся к горбуну и освободил его. Клифорт проворно слез с кровати и, вертя головой, захромал к матери.

– Опять! – донесся его голос из закутка. – Обделалась опять! Ну что за херня, мамаша?! Сколько можно?!

– Баззи! Ты кого привел?!

– Лежите, мамаша! Говно ваше убирать буду! Лежите уже!

– Баззи!

– Мамаша, сука-вошь!

– Баззи! Ты кого…