Но гадать не пришлось. Пара остановилась недалеко от моего окна. Хоть они не могли видеть и чувствовать меня, как и я их, я все равно решила не рисковать и встать так, чтобы случайному наблюдателю со двора не бросался в глаза темный силуэт на фоне стрельчатого проема.
– Это недопустимо! – сорвался на крик смутно знакомый голос. – Речь идет о деле государственной важности, однако ни лорд Энрико, ни, что самое возмутительное, лорд Габриэлло Морелли, не соизволили явиться на встречу! Как, по-вашему, я должен расценить столь вопиющий жест пренебрежения? Как объявление войны?
– Успокойтесь, лорд Сантьяри, - спокойный и деловой тон лорда Гильермо я опознала легко. – Я официально уполномочен выступать от лица лорда земли и лорда-наследника рода Морелли. Все, что они готовы сообщить или предложить, вы можете услышать от меня.
– Я не собираюсь разговаривать с ручным попугаем взбалмошного мальчишки!
– На вашем месте я воздержался бы от подобных характеристик, – в голосе лорда Гильермо прорезалась холодная сталь, – При всем уважении, милорд, вы имеете еще меньше прав говорить за лoрда Брианелло, чем я за лорда-наследника. Так что я не решился бы назвать вас попугаем. Тут нужен кто-то поменьше и менее способный к человеческому диалогу. Мопс? Да, пожалуй, мопс подойдет.
– Да что вы себе позволяете?! – рявкнул бывший управляющий.
– Я лишь наглядно продемонстрировал, что взаимные оскорбления заводят диалог в тупик. Не в вашей компетенции решать, кто обязан присутствовать на Малом совете, а кто нет.
Лорд Сантьяри раздраженно фыркнул.
– Лорд-советник, вы говорите так, будто я не знаю, что представляет собой Малый совет. Я входил в его состав без малого пять лет и прекрасно понимаю, что без лорда земли все они просто кучка грызущихся за власть мелких лордов.
– Как вам, должно быть, прекрасно известно, лорд Энрико в последнее время отошел от дел.
– Самочувствие лорда земли меня не волнует. Я бы хотел услышать объяснения лорда Габриэлло. В конце концов, это его любовница на глазах у половины города натравила своих бомбистов на его законную невесту.
Пальцы с силой стиснули подоконник. Все было не так, все было совершенно не так. Только бы убедить совет дать мне слово. Нельзя предоставлять северянам возможность обвинить Ниаретт в преднамеренном убийстве будущей леди земли…
Лорд Гильермо понимал это не хуже меня.
– Милорд, - проникновенно проговорил он, - я настоятельно рекомендую вернуться в зал и выслушать то, что я собираюсь сообщить касательно трагической гибели леди Летиции и вчерашних взрывах. А после мы вместе обсудим сложившуюся ситуацию в спокойной дружественной обстановке.
– Мое решение пересмотру не подлежит. Или лорд-наследник Морелли лично принесет извинения за случившееся, или союзу конец. Я отчитаюсь обо всем его величеству Сильвестро Леони и подниму вопрос об отстранении преступно некомпетентных наместников от управления Западным Ниареттом. А если и это не возымеет действия, с вами будут говорить уже совсем другие люди. На том языке, который вы, дикий варварский народ, понимаете лучше слов.
Шаги продолжились, постепенно удаляясь, пока окончательно не затихли в конце галереи.
На душе было неспокойно. Неужели лорд Сантьяри, а вслед за ним и лорд Брианелло действительно готовы развязать вой?у из-за смерти леди Летиции? Разве мало было иллирийцам смертей в те времена, след которых остался в летописях, ?ивoписных полотнах и полуразрушенных башнях? Разве ради этого мой дед когда-то добровольно согласился занять вторую роль после королевского наместника-северянина?
Но долго предаваться невеселым размышлениям не вышло. Стоило лишь отойти от окна, как случилось нечто из ряда вон выxодящее.
В стекло со стороны сада постучали.
– Франческа! Франческа, я знаю, что ты здесь!
– Что все это значит?
– Тише, - Дино, одной рукой опершийся на подоконник, приложил палец к губам, взглядом указывая на дверь, за которой несли караул охран?ики.
– С какой это стати? – зашипела я. - Что тебе ну?но?
– Поговорить, - прочитала я по губам. - Открой oкно.
– Лучше позову стражу.
Вихрастая черная голова обиженно исчезла, но через пару секунд появилась снова.
– Фран, пожалуйста, выслушай. В память о нашей старой дружбе.
– Нет никакой дружбы, Дино. И никаких «нас» тоже.
– Ну зачем ты так? Я же от чистого сердца.
– От чистого сердца лезешь ко мне в окно?
– Фран, сейчас я прошу не от своего имени. Здесь есть еще кое-кто, кто очень хочет поговорить с тобой. И это важно.
– Отойди, - приказала я.
Дино послушался, отступив на несколько шагов по узкому краю карниза. Оставалось загадкой, как он умудрялся держаться на нем… впрочем, в юности Динарро Пьеронни проделывал и не такое. ? Габриэлло так и вовсе мог в одиночку взобраться на Часовую башню, чтобы покрасоваться на фоне витражного окна над циферблатом и сорвать с моих губ благосклонную улыбку.
