― Пора! ― прошептал Антир, получив мысленную команду от брата-близнеца. Пожелав своему капитану удачи традиционным жестом Хранителей, он провел рукой по его плечу, и то же самое сделали Конол и Ренал. Энар кивнул и, ответив друзьям благодарным взглядом, бесшумно выбрался из укрытия. Удача сегодня ему была нужна как никогда.
Прямо перед ним возвышались могучие стены древнего храма Омо. Тяжелые тучи заволокли еще недавно ярко сиявшие на небосклоне Маир и Нэсир. Все вокруг казалось мрачным, тревожным. Будто сама природа беспокоилась об исходе совершаемого Энаром поступка. Если хоть что-нибудь в их тщательно продуманном плане пойдет не так… Если служители Храма обнаружат его раньше, чем он доберется до архикаэлита Кедара… Если тот не захочет его даже выслушать… Что ж, Конол с Реналом обещали, что и без него не оставят попыток спасти Ллоэллина. Но даст Раа, до этого не дойдет.
Держась вплотную к стене, Энар добежал до ворот храма. Там тихонечко поскреб по холодной металлической поверхности, и ворота тут же приоткрылись. Энар проскользнул в образовавшуюся между створками щель и безмолвно поприветствовал Онурэ, брата Антира. Удивительно, но храмовник не был полной копией своего близнеца. Впрочем, возможно, тут сказывалась разница в образе жизни Хранителя и служителя Храма. Но вот взгляд ― цепкий, настороженный, был Энару хорошо знаком.
Онурэ закрыл ворота и жестом показал следовать за собой. Они быстро миновали несколько официальных помещений и свернули в боковой ход. Несмотря на то, что было темно, света они не зажигали, и большую часть пути приходилось пробираться на ощупь. Коридор сменился узкой крутой лестницей, у которой к тому же были разные по высоте ступеньки. Продвижение вперед замедлилось, так что Энару стало казаться, будто они и вовсе застыли на месте. Но вот подъем закончился. Онурэ остановился, ненадолго осветил узкое пространство вокруг слабым огоньком и жестами показал Энару ждать его возвращения.
Энар остался в темноте один. Секунды бежали за секундами, минуты ― за минутами, отдаваясь в ушах оглушительной тишиной. Пахло сыростью и спертым воздухом, и в какой-то момент Энару стало трудно дышать. К тому же, в сражениях с Тварями он не привык прятаться за спинами соратников, и теперь ему было нелегко ждать результата переговоров Онурэ с архикаэлитом. Разрешит ли тот рядовому храмовнику провести в свои покои постороннего? Не обернется ли вся их затея казнью человека, согласившегося помочь? Еще на этапе обсуждения именно этот момент больше всего не нравился Энару. Необходимость рисковать еще чьей-то жизнью, кроме своей. Но говоривший с ними устами Антира Онурэ был непреклонен, утверждая, что только так их план имеет шанс на успех. И Энар, так и не сумевший за прошедшие три дня добиться успеха ни в одной из предпринятых попыток, вынужден был согласиться.
Но вот послышались шаги ― твердые, уверенные. Шаги человека, который идет, ни от кого не таясь. Открылась ведущая с лестницы дверь, и темнота отступила перед ярким светом.
― Пойдемте. Архикаэлит примет вас, ― Энар впервые услышал Онурэ и отметил, насколько похоже звучат голоса братьев.
Они вышли в просторный, освещенный множеством магических огней коридор, и, миновав несколько помещений, оказались у очередной неприметной двери. Возле нее Онурэ остановился, громко постучал и, дождавшись ответа, вошел. Энар последовал за ним.
В кресле у невысокого столика сидел темноволосый мужчина. Он был совершенно не похож на храмового иерарха, и всё же Энар сразу понял, кто перед ним. На вид архикаэлиту было циклов тридцать пять-сорок. Худощавый и жилистый, он, определенно, был не только одним из сильнейших на Арне магов, но и искусным воином. Впрочем, едва ли хоть кто-нибудь принял бы его за простого бойца ― слишком сильной была исходившая от него аура власти.
― Аэрхэ, ― почтительно поприветствовал его Энар.
― Вир Имерта, ― архикаэлит осенил Энара знаком богов. ― Проходите, садитесь. Час уже поздний, так что давайте сразу перейдем к делу. Рассказывайте, что заставило капитана Хранителей Сариены искать со мной тайной встречи.
― Я к вам с просьбой. Дело касается моего супруга, вирдэ Ллоэллина Имерта. По наивности и неосторожности он нарушил один из законов Храма…
― Какой закон?