– Это несправедливо, – она наконец встретилась с ним взглядом и выдохнула фразу ему прямо в лицо. – Я просто не думаю, что мы можем сделать что-то прямо сейчас. Он мог убежать в любом направлении. Он может быть уже в Лексингтоне. Что ты вообще предлагаешь? Ты собираешься обыскать весь лес? Я знаю, что ты переживаешь, но лучшее, что мы можем сделать прямо сейчас, это попытаться помочь ему найти нас и не заблудиться самим.
Слезы жгли глаза Люку. Полный провал. И Дилан больше не будет ему помогать.
Они развернулись и двинулись прямо к палаткам. Ни один из них не произнес этого вслух, но Люк подозревал, что они оба почувствовали: деревья, казалось, расступились, образовав для них едва не аллею, ведущую прямо вниз по склону, к цветку костра в лагере.
Люк еще раз взглянул на лес, в котором где-то находился обретший свободу Слэйд, прогалины между деревьями начинали светлеть в лучах восходящего солнца. Продолжение поисков может привести к тому, что он сам заблудится. У него не было другого выбора, кроме как начать спускаться обратно в долину, и пока они шли, грудь ему сдавливало все сильнее.
– Не повезло? – спросила Сильвия, когда они подошли к костру.
Ее камера уже стояла на штативе, нацеленная на скалу.
Ответом ей стал свист брошенного на землю пустого поводка, он врезался в траву, как маленький метеор. Люк тяжело опустился на один из небольших походных стульев, которые они принесли с собой. Вытер глаза, глядя на костер.
– Он вернется, – сказала Дилан, возясь с маленьким газовым баллоном. Она протянула руку, чтобы погладить Люка по спине, но он отшатнулся, уклоняясь от прикосновения. – Он – умный пес. Расслабься.
– Как я могу расслабиться, когда он потерялся посреди леса? – сказал Люк, прикрывая руками мокрое лицо, чтобы заслониться от укусов дыма.
Дилан продолжила гладить его по спине. «Если бы она действительно принимала это близко к сердцу, мы бы сейчас продолжали поиски», – с горечью подумал Люк. Пламя зевнуло, вытянуло свои оранжево-желтые руки. Клэй вложил в них новую порцию растопки, и огонь, облизываясь, принялся смаковать угощение.
– У собак хороший слух, – сказала Дилан. – А эта долина сама по себе большая эхо-камера. Он услышит нас, почувствует запах нашей еды и одежды и сам найдет дорогу назад.
– Пока мы искали там, наверху, отсюда не донеслось ни звука.
– Так это потому, что они тут особо и не шумели, – продолжала Дилан, разворачивая крошечную решетку и укрепляя ее на горелке. – И ты, наверное, был занят в основном тем, что пытался услышать хоть какой-нибудь шорох, издаваемый Слэйдом.
Люк провел рукой по лицу. Уставился на огонь. Дилан не удалось убедить его. Сценарии развития событий, один другого хуже, вставали перед его внутренним взором: голодный и замерзший Слэйд, маленький дрожащий меховой пончик; Слэйд с переломанными ребрами, вбитыми внутрь перепуганным оленем; Слэйд, раскатанный в лепешку проносящимся по дороге грузовиком; вот голодный Слэйд ест что-то, что не должен, его муки голода сменяются предсмертной агонией. Но что оставалось делать? Дилан права – Люку нельзя было рисковать собой, ведь он и сам мог заблудиться, замерзнуть и умереть от голода. Слэйд уже может быть где угодно.
С тем же успехом Слэйд мог сейчас оказаться не на дороге, а в тепле и безопасности чьей-то кухни, долизывая объедки со сковороды.
Так ведь?
Что-то затрещало среди деревьев. Люк, уже наполовину забравшийся в палатку за снаряжением, развернулся. Бросил свою беседку и прислушался, надеясь уловить звук снова, хотя сквозь смех и болтовню троицы, готовившейся к первому восхождению Дилан, это было не так-то легко.
Ему очень хотелось, чтобы они заткнулись к чертям собачьим.
Он определенно что-то слышал. Остальные и не заметили, как он вынырнул из палатки и прокрался к деревьям, обрамляющим долину. Под пологом весеннего леса висели тени, солнце усыпало веснушками лесную подстилку.
– Слэйд? – срывающимся голосом позвал он.
Помолчал, ожидая ответа. Положив руку на теплую кору ближайшего дерева, напряг слух, ожидая тявканья или рычания, топота лап.
Что-то потрескивало слева, прорываясь через листья. Так шуршит папиросная бумага при скручивании.
– Слэйд? – снова окликнул он. – Это ты? Иди сюда, приятель. У меня есть для тебя вкусняшка.
Он оглядел лесную подстилку, маленькие зеленые усики побегов, торчащие из-под одеяла гниющих прошлогодних листьев. Ничто не двигалось. Но стоило ему отказаться от поисков и повернуться спиной, треск раздался снова. Когда он снова взглянул на деревья, краем глаза заметил прижавшийся к земле силуэт.
Что бы это ни было, оно появилось из-за деревьев. У Люка перехватило дыхание. Чуть впереди сгорбилось существо, похожее на собаку, и его голова покачивалась. Люк подошел ближе. Существо чавкало, зубы его со скрежетом отрывали плоть от костей. При этих звуках у Люка повело живот, горький кофе подступил обратно к горлу.
– Слэйд? – прошептал Люк, подойдя ближе. Он мог коснуться шерсти на спине существа. Сердце готово было выпрыгнуть из груди. – Это ты? Что ты там ешь?
