У него странно защемило сердце, когда он стоял на палубе и смотрел, как корабль приближается к незнакомому городу. Раймо спустился по трапу на причал, прошел вместе с потоком пассажиров через таможню и встал в очередь на такси. Такси за пять минут доставило его на Центральный вокзал. Раймо заплатил по счетчику, взял чемодан и прошел в зал ожидания. Здесь он постоял с минуту, словно глядя на себя со стороны, но шум и говор вокруг отвлекли его от самонаблюдения, и он прошел на середину зала, к большому железному кольцу. Там стояли люди праздного вида и, скучая, глядели вниз, в глубину проема. Какие-то двое говорили по-фински, и Раймо хотел было спросить у них, когда отправляются поезда на Гётеборг, но потом вспомнил, что у него все написано на билете — и номер поезда и время отправления. Несколько минут Раймо стоял с чемоданом в руке, как солдат с ружьем, но потом догадался поставить чемодан на пол и осмотрелся. В середине огромного зала были скамьи, на которых сидели пассажиры и читали газеты. В конце зала был балкон, и над перилами возвышались головы людей, сидящих за столиками. Над ними светилось название ресторана — «Хюлла». «Шут его знает, что там за публика и вообще какие правила, — подумал Раймо. — Швейцар стоит у входа. Может, они нашего брата туда и не пускают. А что, если купить апельсин? Говорят, лучшее средство от похмелья». Раймо подошел к киоску, но, хотя, как ему казалось, он спросил достаточно внятно и повторил трижды, продавщица никак не могла его понять и все твердила: «Простите, что вы сказали?» «Господи, да что это со мной? Я двух слов не могу произнести так, чтобы меня поняли. Не надо было пить так много. Даже апельсин не действует, кажется безвкусным, как вода. Сейчас бы выпить пивка холодного». Закурив сигарету, он услышал, как кто-то рядом говорит по-фински, и, оглянувшись, увидел мужчину с красным опухшим лицом.
— Дай закурить.
Раймо подал ему раскрытую пачку, и тот долго не мог вытащить сигарету дрожащими пальцами.
— Ты это на теплоходе купил?
— Да.
— Угости пивом.
— А есть тут поблизости какой-нибудь ресторанчик?
— Да, черт побери, пойдем в эту «Хюллу»!
Взмахнув рукой, незнакомец в потрепанном костюме пошел вперед, и Раймо с чемоданом двинулся за ним следом. Швейцар остановил их на лестнице, присматриваясь к спутнику Раймо, но потом все-таки пропустил их обоих. За столиками сидели несколько мужчин, которые с усталым видом потягивали пиво из кружек. Раймо заметил, что многие из них кивали или подмигивали его спутнику.
— Возьмем пиво у бармена.
Раймо заплатил за две кружки, и они сели за столик.
— Ну, с приездом, парень. Будем знакомы: Хейска. Ах, будь оно неладно, до чего вкусное пиво!
— Чистое, как янтарь.
— Что, небось на корабле перебрал маленько?
— Да, хватанул Гак, что голова трещит, — признался Раймо.
— Слушай, давай будем с тобой приятелями!
— Да, мы одна шайка-лейка, — кивнул головой Раймо.
— Это пиво с похмелья вообще-то неплохо действует.
— Голова точно ватой набита, — проговорил Раймо и, бросив взгляд на собеседника, увидел, как дрожат его веки. «Черт его знает, может быть, он хочет стрельнуть у меня водки, зная, что я с корабля», — промелькнуло у него в голове.
— Слушай, надо бы достать чего-нибудь посущественнее, — сказал его собеседник, нервно озираясь по сторонам.
— Сейчас мне некогда пить, но если ты знаешь, где достать…
— Я-то не знаю, но если у тебя есть…
— Откуда бы я мог водкой запастись?
— Брось темнить, елки-палки, нет такого дурака, чтоб на корабле не купил водки по дешевой цене.
— Видно, тут ее всю бы разобрали, накупи я хоть полный чемодан.
— Елки-палки, да на что мне твоя водка, плевать я на нее хотел, за кого ты меня принимаешь? Неужели ты думаешь, что я какой-то разбойник с большой дороги?
— Хейска просто самый обыкновенный пьяница, — сказал кто-то за соседним столиком.
— А тебя не спрашивают.
Раймо купил еще кружку пива и пересел за другой столик. Мучила жажда, и он не переводя дыхания сразу выпил полкружки. К соседнему столу подсела женщина с подбитым глазом. Вдруг она взяла кружку у мужчины, сидевшего напротив, и разом выпила ее до дна. Мужчина курил трубку и смотрел на женщину, сощурив глаза.
— Что скажешь, попка-дурак? — произнес он, когда женщина поставила пустую кружку на стол.
— Отдай деньги, сволочь!
— Попочке деньги не нужны.
— Вот гад паршивый, отдай мои деньги сейчас же, ну!
— Ты не кричи, девка, а то я тебе и другой глаз разукрашу.
