Нож в числе прочих трофеев забрали бородачи, которым совершенно нет резона доверять непонятному беглецу в грязной пижаме. Поэтому в место, где за меня назначена солидная награда, я еду практически с голыми руками.
Почему-то верится с трудом, что здесь есть два стаба с названием Берёзовое, а именно туда мою голову накануне хотели отвезти неблагодарные пассажиры с заднего сиденья. Земля им пухом, и всё такое.
Машина резво двинулась по наезженой просеке. По сути, ей дорога не сильно-то и нужна, но время лихачить ещё не настало, сейчас лучшая наша защита, это скорость.
Я устроился на свободном ложе, прогонявшемся насквозь потом и экскрементами, и закинул руки за голову. Следовало отдохнуть, раз представилась такая возможность. Где-то далеко впереди меня ждёт не дождётся хирург-коновал с пилой, а на пятки наступают разъярённые внешники, которые явно не от праздного любопытства интересовались моей персоной перед самым побегом.
Вдруг придётся вскоре столкнуться с кем-то из них – а я невыспавшийся?
Непорядок.
К стабу мы подъехали уже в сгущавшихся сумерках. В моей насквозь провонявшейся железной коробке давно стояла непроглядная темень, но на улице ещё можно было что-то в общих чертах разобрать, не прибегая к стороннему освещению.
Машина встала, вслед за ней заглох и двигатель. Снаружи раздались чьи-то голоса, захлопали дверцы.
Похоже, и мне пора выходить наружу.
– Не скучайте, девочки!
Я больше не боялся внезапного перерождения моих безмолвных попутчиц – времени прошло уже немало, да и бородачи объяснили, что в их команде имелся специалист с очень полезным даром – умел определять свежих иммунных с первого взгляда. Именно его они безуспешно ждали тогда на вершине холма.
Я отодвинул вечно заедающую задвижку, распахнул дверь и с улыбкой впустил внутрь прохладный вечерний воздух.
– Эй, на выход! – донеслось откуда-то со стороны.
Да запросто.
Я спустился вниз, на потрескавшийся асфальт, по которому мы двигались последнее время, и заковылял навстречу к стоящим неподалёку вооружённым мужчинам, упакованным в навороченную «цифру». На рукаве у каждого имелся самый настоящий шеврон, пусть и какой-то странный – скрещенные щит и меч на фоне заглавной буквы «Е». Эти точно не походили на сборище выживальщиков, а скорее – на бойцов какой-нибудь частной армии.
Хром и Банкет уже переминались здесь с ноги на ногу, пока парочка солдат споро обыскивала их на предмет сокрытия чего-нибудь. Винтовки бородачей, зачехлённые и опломбированные, лежали рядышком, а вот их пистолеты и ножи на поясах местных погранцов отчего-то не заинтересовали.
На военных было приятно смотреть – все в удобной форме, включавшей в себя и наколенники с налокотниками, двигаются правильно, никто никому сектор обстрела не закрывает. Пока мы стояли под прицелом остановившего нас пикапа с пулёметом, двое бойцов с мощным фонарём просвечивали оставшуюся позади машину. Когда они сунулись в кунг, от них не последовало ни малейшего возмущённого возгласа, хотя пахло там далеко не розами. И даже не ромашками.
Я встал рядышком с Хромом, который уже прошёл досмотр и тот, воспользовавшись моментом, успел мне вполголоса прошипеть:
– Смотри, не забудь наш уговор…
– Склерозом не страдаю, – обнадёжил я его. – Как только попадём внутрь, ты получишь свои бабки.
– Если ты нам фуфлоциллин залил, то пеняй на себя. Стаб здесь чёткий, кидал не любят…
– На то и надеюсь, – вполне честно ответил я. – Ведь именно здесь мне и задолжали.
– Так, бродяги, – из кабины пикапа выбрался старший патруля, закончивший общение по рации. – В машине, что ли, не наболта…
Его взгляд намертво уткнулся в меня, как автогонщик в бетонное ограждение. Вся внешняя расслабленность вояки слетела моментально, и не успев договорить последнее слово, он рванул ухватистый ГШ-18 из кобуры.
– Внимание!
Военные отреагировали под стать командиру. Бородачей слаженно опрокинули на землю, выкручивая им руки, так что они даже охнуть не успели, как оказались зафиксированы в очень неудобном положении. Те двое погранцов, что заканчивали осмотр «Шишиги», отскочили от автомобиля, как ошпаренные, и залегли за обочиной. Все, кто оказался поблизости, ощетинились стволами, преимущественно в мою сторону, беря пример с командира, который уверенно держал дуло пистолета напротив моей переносицы.
– Может, сначала поговорим? – предложил я.
Видно было, что военный изо всех сил борется с собой – уж очень ему хотелось нажать на спусковую скобу и посмотреть, сможет ли мой лоб отразить девятимиллиметровую пулю, которая на расстоянии пятнадцати метров пробивает стальной лист как картонку. С другой стороны, у него не может не быть чёткого приказа брать меня, тьфу ты, Пастыря живьём. Крежень в нашу первую встречу настойчиво спрашивал про каких-то дружков – тут и ежу понятно, что мой двойник действует не один. А значит, его смерть мало что влияет, не зря же за полный комплект дают куда больше, чем за одну-единственную голову.
