…Почему Подляски? Небольшая деревенька в одном из самых глухих мест пущи, что ближе скорее к Звятовску, чем к болотам. Там нет большой воды, Хозяину там не развернуться. Добраться туда не просто. Сам Оболонский обнаружил Подляски совершенно случайно: когда возвращался от Белькиной Башни, то на развилке он повернул не в сторону Заполья, а севернее, сделал огромный крюк и в конце концов сбился с пути. Пару часов плутал в лесу настолько густом, что лошадь пришлось вести под уздцы. Но ему повезло. Он случайно вышел к спрятанным среди пущи Подляскам, а оттуда словоохотливые сельчане довели его до большака. Тогда же еще он подумал, что в такой глухомани хорошо прятать темные делишки… А кто их здесь не прячет? И кто здесь не прячется? Тот же Хозяин – он скрыт, и он на виду, как ни парадоксально это звучит. За несколько дней невидимого противостояния Оболонский находил слабые искры его магии везде и нигде конкретно, так, не весомее легкого касания. Следы были слабые, но ощущение силы, стоявшей за ними, сбивало с толку. Сила была мощной, а еще – как ни странно – манящей. Оболонский никогда раньше с таким не сталкивался, но следы чужой магии обволакивали его, как паутина. Чем больше он пытался в них разобраться, тем сильнее увязал в них, все больше дезориентируясь даже в собственных ощущениях. Похоже, не просто магия Хозяина, но даже следы его магии были опасны, и чтобы сохранить собственный ум трезвым и ясным, Оболонский был вынужден отступить. Игра Хозяина или как там его называть напоминала сытого хищника, расслабленного, снисходительного и равнодушного, лениво играющего со своей жертвой и сознающего свои недюжинные силы – до тех пор, пока кому-нибудь не взбредет в голову ткнуть его палкой в бок. И тогда – молниеносный прыжок, удар лапой, клыки в шее, упоение кровью… – и опять ленивое добродушие и сытость. Хозяин играл со своими преследователями, не иначе; в процессе этой игры он немного раскрыл себя, дал охотникам учуять его след, затравить собаками, и как только узнал, кто охотник и где псы, не колеблясь начнет убивать, убивать и убивать, просто чтобы выжить. А еще у Хозяина есть цель, некий план – ведь спонтанными его действия не назовешь, они продуманы до мелочей, включающих даже задержку Оболонского в Звятовске. Хозяин что-то задумал и предупреждает тех, кто решился ему помешать. И с каждым разом эти предупреждения становятся все внушительнее и впечатляющее.
Первое предупреждение – мертвый старик у сгоревшего хутора. Не верится, что селяне могли оставить тело в воде, значит, тело появилось позже. И именно тогда, когда к озеру приехали ведьмаки. Почему хутор? В чем предупреждение? И кому? Оболонский был уверен – Герману. Кардашев первым обратил на себя внимание Хозяина, когда стал крутиться возле хутора на озере. Но почему? Что особенного было в том месте? Этого Константин не знал, зато наверняка знал Герман. Следов магии, кроме устроенного пожара, на хуторе он не нашел, линии силы на озере ничего конкретного не показали, но может, там было спрятано нечто совершенно немагическое?
Второе предупреждение – утопление Мазюты. Несчастный врунишка, решивший поднять собственный авторитет, рассказывая об убийстве оборотня, только и хотел, что обратить на себя внимание. Но его смерть обратилась в недвусмысленную угрозу Герману. И когда тот не послушался – его убили.
На том Хозяин, похоже, решил, что больше ему никто не угрожает. Но тут появился Оболонский и предупреждения посыпались с новой силой. Однако теперь они адресовались самому тауматургу.
Первым предупреждением можно считать удар по голове при выезде из Заполья. Оболонский тогда еще не враг, однако уже на примете. Связано ли это с посещением имения Меньковича? Вероятно. Именно тогда Константин впервые почуял отблески чужой магии, даже не чужой, а чуждой. Потом он не раз столкнется с ней, во многих местах и с разной интенсивностью, но так и не сможет понять, что она такое, а с каждой попыткой распознать ее лишь усилит ощущение паутины, в которую все больше и больше впутывается.
То нападение при выезде из Заполья можно бы списать на случайное ограбление, но нападавший знал ценность сумки мага, а это уже не просто совпадение. Герман и его люди не имели к нападению отношения (Оболонский исподволь заводил такой разговор, и все-таки никто не выказал ни малейших признаков лжи, как и малейшего смущения), а значит, это сделал тот, кто подстроил у става ловушку Кардашеву: весьма разумно было устранить на это время тауматурга, задержав его в Заполье. Примечательно, что Константина не убили, хотя сделать это было легче легкого. «Доброта» Хозяина была же и его ошибкой – Оболонский стал куда осторожнее и осмотрительнее. Или и в этом был дальний прицел?
Второе предупреждение – кровавый разгул оборотня на хуторе Пески и последовавшая за этим смерть Омельки. И это уже куда более грозное предупреждение! Разве совпадение, что именно накануне страшного убийства Константин делал экстракты для Аськи и проявил себя как маг? Нет, ибо Хозяин почуял новую и значительную для себя угрозу.
