Уход, благодаря которому некто появляется как уходящий,
Не инициируется тем, кто уходит[301],
Поскольку он не существует до ухода[302].
Итак, кто и где является уходящим?
Тот уход, чья активность ясно обнаружила [Лхеджина] в качестве того, кто уходит, не является тем уходом, которым он как уходящий идет, т. е. он как уходящий не осуществляет тот уход. Ибо если бы уходящий [как уходящий] существовал до активности ухода, тот этот уходящий должен был бы [в это время] идти по тому пути. В этом случае, подобно тому как Лхеджина видят уходящим в какое-то селение или город, являющийся иным объектом, до [появления] активности ухода и независимо от нее уходящего нет.
{106} Поскольку сама та активность, которая определяет нечто в качестве уходящего, является функцией, благодаря которой уходящий идет, то в соответствии с представлением о самосущем бытии активности ухода эти два [явления] должны последовательно [появляться: ] одно после другого. Но в конвенциональном смысле это не принимается. Почему так? Рассмотрим пример, когда говорят: «Росток возникает». Если росток, которому предстоит появиться, не существует до того как возник, то неправомерно говорить, что он возникает; а если существует, то нет необходимости возникать вновь. Подобно тому, как опровергается существование возникновения в силу собственных характеристик, относительно Лхеджина, квалифицируемого в качестве уходящего, неправомерно говорить, что он уходит, если он не существовал [как уходящий на этом пути] до того как возникла активность ухода. А если существовал, то он уже достиг статуса уходящего, и нет необходимости снова уходить, чтобы стать уходящим. Но все же если даже по достижении статуса уходящего он должен идти, то тогда та самая активность ухода, благодаря которой он определяется как уходящий, не функционирует, поэтому они должны осуществляться последовательно.
Оба наставника объясняли это так, как было представлено нами выше. Но согласно трактату «
Теперь предположим, что кто-то полагает, что хотя уходящий не уходит посредством той активности, благодаря которой он стал уходящим, тем не менее, он уходит посредством иной, второй активности.
ММК, глава II, шлока 23[303]:
Иным, чем уход, благодаря которому [некто] виден как уходящий,
Не является тот уход, когда он уходит.
Ибо в том единственном, кто уходит,
Не может быть двух уходов.
Вторая активность, отличная от той активности ухода, благодаря функционированию которой уходящий был ясно проявлен как таковой, не является функцией, благодаря которой уходящий уходит. Это потому, что в одном уходящем не может быть двух активностей ухода. Здесь, как и выше, Бхававивека обвиняет Буддапалиту в ошибке избыточного опровержения, а также в том, что другая активность им не опровергнута, и что ошибочно признается только единственная активность ухода, и вследствие этого также ошибочно принимается, что благодаря ее наличию можно устанавить, что уходящий — уходит [74b]. Но первой ошибки нет. Почему — объясняется так же, как и выше. Демонстрируется неприемлемое для оопонента следствие, вытекающее из допущения о существовании двух отдельных активностей, что в этом случае один и тот же уходящий должен будет осуществлять две активности ухода, с чем оппонент не может согласиться, так что ошибки [со стороны Буддапалиты] нет.
{107} Ранние комментаторы объясняли, что обе главы этого трактата — первая и вторая — опровергают утверждение о том, что уход не является активностью, а что оно является действием, которое осуществляет уходящий, для того чтобы реализовать [уход]. Но это также неправильно. Ибо совершенно ясно, что [здесь автор,] проанализировав, функционирует или нет в качестве ухода та самая активность, благодаря которой [некто] определяется как уходящий, затем дает опровержение[304]. Такие высказывания как «оратор осуществляет активность произнесения слов», «дровосек осуществляет активность рубки дерева» точно так же подлежат опровержению.
MMK, глава II, шлоки 24–25ab[305]:
