После звонка с урока Хлоя просит разрешения поговорить со мной. Я жду, когда выйдут все ученики, но Маттео не торопится, я подозреваю, что он хочет послушать. Я подхожу к двери, он стоит в нескольких сантиметрах от меня и заглядывает в класс.
– Хочешь, мы будем говорить громко, Маттео? Чтобы ты все расслышал.
– Нет-нет, мадам! Мне по фигу ваши дела, я жду Дарио.
Я закрываю дверь, Хлоя выглядит смущенной. Я знаю ее семейную ситуацию. Родители развелись, девочка живет с отцом и младшим братом восьми лет.
– Я не смогла написать изложение, – говорит она.
– Вот как? Тебе было сложно?
Она ерзает.
– Не то чтобы, то есть у моего папы много работы на этой неделе…
– И это мешает тебе делать уроки?
Она опускает голову, уставившись на свои туфли.
– Хлоя, ты можешь сказать мне все.
– Я должна заниматься братом.
Хлоя понизила голос до шепота и почти неслышно, не поднимая на меня глаз, говорит:
– Я слежу, чтобы он мылся, делал уроки, готовлю поесть и укладываю его спать. Лео не очень-то слушается, с ним трудно.
– Прости, но тебе же всего десять лет! В котором часу приходит твой папа?
Моя реакция удивила ее, надо быть не такой эмоциональной.
– Не знаю, я сплю, когда он приходит. Но это скоро кончится, осталось три дня!
– Хлоя, я могу задать тебе один вопрос?
Она кивает.
– Почему вы не живете с мамой?
– Я-то хотела бы! Но Лео и слышать об этом не хочет. Даже приходить к ней не хочет, с тех пор как она вышла из тюрьмы.
– Я не знала. Мне очень жаль… А ты не хочешь переехать к ней одна?
– Не могу же я бросить братика!
– Понимаю, Хлоя, но нельзя жертвовать собой ради других.
– Мадам, вы не можете понять. Он мой брат, и все.
Она встает и берет свою сумку. Я накрываю ее руку своей:
– Я тебя понимаю больше, чем ты думаешь.
Сейчас11 августаЭмма16:25
Мне хотелось узнать больше об Агатиной работе, и она предложила мне увидеть все своими глазами. Верхом на ее скутере мы едем по аллее, которая упирается в большое каменное здание. Позади, сквозь деревья, виднеется океан.
– Великолепно!
– Идем, я покажу тебе, какой тут вид, – говорит Агата.
Мы проходим небольшой тенистый парк и оказываемся на вершине утеса, откуда открывается вид на океан и юг Баскского побережья до самой Испании.
– Работаю здесь три года, и мне не приедается, – шепчет она.
– Ты больше не хотела работать с подростками?
– Становилось все тяжелее. Сил не хватало, я чувствовала себя ненужной. Как ни старайся, многие все равно идут по кривой дорожке. Это угнетало, мне нужны были перемены.
– И ты сказала себе: «А ну-ка, попробую поработать с людьми, которые стоят одной ногой в могиле!»
Она смеется:
– Признаюсь, я немного побаивалась, но мне это правда нравится. Я к ним привязалась.
Мы направляемся ко входу. Над дверью металлические буквы:
Тамариск
Дом престарелых
На скамейке в тени дуба сидит женщина.
– Луиза, так жарко, не хотите пойти в холодок?
– О! Агата! Я вас не видела. Разве вы не в отпуске?
– Я ненадолго, хочу показать сестре, где я работаю.
– Очень приятно, мадам, – склоняю я голову.
– Добрый день, мадемуазель. Знайте, что ваша сестра – сокровище! Она так меня смешит, а это все, что нужно в нашем возрасте.
Агата берет Луизу под руку и провожает к зданию, естественным образом подстраивая свой шаг, укрощая свою природную энергию ради подопечной. Я обнаруживаю, что моя сестра может быть внимательной и деликатной.
