Мы танцуем. На мне мое любимое черное платье, волосы собраны в узел. Я замечаю на себе мужские взгляды и чувствую себя секси. Иду к бару, он не сводит с меня глаз. Он запал на меня.
Он заказывает мне бокал вина, мы садимся. Он кладет руку на мое бедро, я не возражаю. Он что-то говорит мне на ухо, я слышу не все, музыка заглушает его слова, я беру его за руку и веду на улицу.
Его машина припаркована у клуба. Мы делаем это по-быстрому, он даже не снял джинсы.
– Извини, я порвал тебе колготки.
– Дашь мне свой телефон?
– Лучше ты дай мне свой. Я женат.
Я возвращаюсь на танцпол с голыми ногами. Диджей включает «24K Magic»[15] Бруно Марса, Жюли и Амели присоединяются ко мне, и мы танцуем до рассвета.
ТогдаДекабрь, 2016Эмма – 36 летСаша в больнице. Я ужасно волнуюсь.
Когда мне позвонили из его школы, я вела урок и увидела сообщение только на перемене. Его уже увезли в больницу. Меня подвез туда коллега, сесть за руль я была не в состоянии. Директриса сама не видела, но сказала, что Саша упал со стула посреди урока рисования и у него были судороги.
Когда я приезжаю, Алекс уже там. Идет осмотр. Он успокаивает меня: Саша в сознании, он смог с ним поговорить.
Это самые длинные минуты в моей жизни. Я ищу в интернете причины судорог, читаю и уже представляю себе худшее.
– Я не переживу, если он умрет.
– Зачем ты об этом думаешь? Он в хороших руках, с какой стати ему умирать?
– Тебе не страшно?
– Тревожно, конечно, но я знаю, что все будет хорошо.
Я пытаюсь проникнуться его уверенностью, но паника не дает ясно мыслить. Я хочу только одного: пусть мне вернут моего малыша, чтобы я забрала его домой.
Звонит мой телефон. Это Агата. Я сбрасываю звонок. Она перезванивает. Я посылаю ей сообщение.
«Перезвоню тебе позже».
«Он меня бросил».
«Я не могу говорить, позвоню, как только смогу».
«Ты на уроке?»
«Нет».
Я больше ничего не пишу, чтобы не тревожить ее. Она не отвечает.
Впервые я осознаю, на какие жертвы иду ради нее.
Она мне нужна, но я думаю о ее спокойствии, не о себе.
О себе я думаю в последнюю очередь, а ей не даю возможности меня поддержать. Эта схема, оказывается, перестает работать. Порой я обижаюсь на сестру за то, что она только берет, а ведь я сама ей не позволяю.
Я натянула на себя костюм старшей сестры с рождения Агаты и чувствую, что он начинает мне жать.
