На пятый месяц рейса устаем.Душа у каждого тоскует о своем.На восемьдесят наших моряковдва сына родились и две девчонки. (И у меня девчонка в том числе, ей пятый месяц, я ее не видел и жду с тревогой; что за человечек живет и дышит в нашем общем доме?)Четыре телеграммы я носилс тяжелым сердцем морякам в каюты:не так-то просто сообщить о смертиродителей… (И помнил каждый раз: восьмой десяток маме, да и с сердцем нехорошо…)Мы тридцать дней рожденьясправляли в рейсе, в том числе и мой:мне тридцать семь.Октябрь. И Новый год.И впереди еще Восьмое марта.Что памятно?Девчонка, 20 лет.На перегрузе спрыгнула с плавбазына борт — дуреха, бегала купитьпод Новый год какие-то туфлишки —и сорвалась…И вот между бортами,на льду, она лежала и кричала:— Ой, мама! Ну, спасите! Не хочу!!! —А я орал с ботдека на нее:— Отставить рев! Молчать! Приди в себя! —Орал до той секунды, как онаответила мне вдруг:— Я не реву…Через секунду (нет, через пятнадцатьсекунд) она была уже у наси снова закричала — не от страха,от боли…Мы ее везли на берегпять суток.Это был мой Новый год.Еще у нас гостил американец.Двадцать четыре. Борода лопатой.Он две недели прожил среди нас.Из Орегона родом. На Аляскеработает. Мечтает здесь построитьвдвоем с невестой загородный дом.Парнишка работящий. Коммунистовпобаивался. Может быть, теперьсмелее будет. Праздновали мыдень Линкольна — все поздравляли Майка.Он был, мне показалось, удивлен.К отъезду вдруг посыпались подарки:значки, монеты, книги, сувенирыи русский каравай. А в завершеньерабочий ватник дали и ушанку:носи, американец, так теплей.Пожалуй, все. Значительных событийу нас на судне не происходило.Мы пятый месяц в рейсе. Мы устали,осталось нам примерно сто тралений.Осталось нам четыре банных дня.А до второго плана нам осталосьполмесяца. К пятнадцатому мартамы завершим заданье…Пятнадцатого марта будет праздник.Пятнадцатого марта — Новый год.Тремя гудками Берингову морюотсалютуем —и пойдем домой.<p><strong>ФЛОТ ВЕДЕТ БОЙ</strong></p><p><strong>В. Инфантьев</strong></p><p><strong>ДУНАЙСКИЕ ВОЛНЫ</strong></p><p><emphasis>Повесть</emphasis></p>ОТ АВТОРАРусско-турецкая война 1877—1878 годов осталась в благодарной памяти народов не потому, что тогда Российская империя победила Оттоманскую империю, а потому, что в результате победы была освобождена от 500-летнего османского ига Болгария, получили независимость Румыния и Сербия, Черногория… Именно эта освободительная сторона войны породила удивительный героизм и мужество русских солдат и болгарских ополченцев-добровольцев.
Главные военные действия развернулись на территории Болгарии. Здесь в основном решалась судьба балканских народов. И если сухопутные силы противостоящих сторон по численности и вооружению приблизительно были равны, то совсем иная обстановка существовала на Черном море и Дунае.
После Крымской войны по Парижскому трактату 1856 года Черное море было объявлено нейтральным. Россия и Турция не имели права держать на нем военные флоты, а на побережье — крепости. Россия лишилась устья Дуная. Все эти статьи трактата главным образом были направлены против России.
