– Затем Сатрака погрузил в воду свое туловище и потянулся зубастыми пастями к хвосту, чтобы стиснуть и укрепить мир нерушимым кольцом, как повелел ему великий Уйд. Однако грудь его оказалась прижатой к огромному камню, поднимавшемуся со дна моря, и в обе стороны от него, налево и направо, торчали другие камни, между которыми Сатрака никак не мог протиснуть свои головы. Те камни – наши острова. – Теперь жрец распростер руки, изображая подводный хребет, вставший на пути змея. – На север идет Понитек, на юг – Сайтек. К счастью, – заключил Магиди, – шеи у Сатраки были очень длинными, так что он сначала вытянул их в стороны, а потом свел вместе и все же уцепился за свой хвост. Теперь ты понимаешь, Эльс-хайрит, что змеиные шеи окружают наши острова, а тело его охватывает остальной мир.
Очень интересно, подумал Одинцов. Сатрака со своими длинными шеями улегся как раз там, где проходил Зеленый Поток. Вряд ли это было случайным!
– Огонь, бушевавший внутри мира, жег тело Сатраки, и тогда Уйд, желая облегчить его страдания, всколыхнул воду и пустил ее быстрой струей над телом змея, – продолжал жрец, волнообразно поводя руками. – Там, – он показал на запад, – и здесь, вдоль островов в Нашем Краю, вода течет быстро, а в Той Стороне, где лежат головы Сатраки, гораздо медленнее.
Одинцов наконец-то понял, что происходит с великим течением.
В проливе между Ксайденом и южным континентом его воды разгонялись и стремительным потоком выходили в Кинтанский океан, чтобы через тысячи километров наткнуться на подводный хребет. Тут Зеленый Поток раздваивался, обтекал с запада, с Нашего Края, две островные гряды и, потеряв большую часть энергии, медленно гнал свои волны обратно, от полюсов к экватору. На Той Стороне обе ветви сливались опять, и неторопливое уже течение пересекало Западный океан, попадая в ускоряющую трубу между двух материков. Кольцо, перечеркнутое гигантской каменной вставкой архипелага!
Он решил проверить свои догадки и повернулся к Магиди.
– Значит, вы можете быстро плыть на север, но чтобы вернуться назад, надо выйти в другое море, на Ту Сторону, – Одинцов показал на восток, – и попасть в медленную ветвь течения?
Жрец кивнул головой, а Порансо, хлопнув себя по ляжкам, залился дребезжащим смехом.
– Ты все понял верно, о Эльс-хайрит! Мы, живущие у самой груди Сатраки, летим вниз молнией на своих пирогах, нападаем внезапно, берем добычу, уходим проливами на Ту Сторону Понитека и поворачиваем к голове змея. Путь домой занимает в пять раз больше времени – ну так что же? Зато к нам никто не подберется незамеченным.
Вот почему с северных островов не приходили мстители! Те, кто жил выше по течению, могли ударить впятеро быстрее! Почти как в гнусной канаве трогов, где атаковали всегда обитатели Верховий, подумал Одинцов. Но здесь нападавшие могли вернуться, только гораздо медленней. Теперь он не сомневался, что на Гарторе и соседних островах существуют отработанная веками тактика подобных набегов и способы «дальнего обнаружения» плывущих с севера вражеских флотилий. Вероятно, их перехватывали и уничтожали гораздо раньше, чем лодкам удавалось подойти к «груди» или к «головам» Сатраки.
Все это было весьма забавно, и на досуге Одинцов не отказался бы поразмыслить о ведении войн в таких уникальных природных условиях. Но история Магиди не только объясняла, почему гарты могут безнаказанно грабить нижележащие острова. Таилось к ней кое-что поинтересней! Огромный камень, к которому прижался грудью змей… Нельзя ли под его защитой перебраться в южное полушарие?
Одинцов облизнул пересохшие губы и посмотрел на лайота.
Похоже, старый хитрец заранее знал, на чем его купить. И немудрено!
Он расспрашивал Магиди, искусного навигатора, о ветрах и течениях, и о землях, лежавших к югу… Нетрудно было догадаться, что его интересует!
Его взгляд остановился на Порансо.
– Значит, отпустить, но с условием, – медленно повторил он. – Какой же службы ты хочешь от меня, лайот?
Старик зацокал языком.
– О! Чем же может послужить такой великий воин? Ты убил Ригонду и Канто и шесть десятков их лучших бойцов! – Порансо в восхищении закатил глаза, потом уставился прямо в лицо Одинцову. – Теперь убей для меня! Убей, кого прикажу! Убей, и я дам тебе проводников к Щиту Уйда, к великому камню, где расходятся шеи Сатраки! И ты пройдешь над ними, попав туда, куда влечет тебя сердце.
– Считай, что твой враг уже мертв, мой владыка. Как его имя?
Старый лайот приподнялся, а три его сына вскочили на ноги, сжимая рукояти медных клинков. Глаза Порансо горели яростью; в нем ничего не осталось от добродушного хитреца, который минутой раньше восхвалял доблести нового сайята.
– Брог! – каркнул он, давясь от ненависти слюной. – Брог, вот это имя! Они летят молнией на своих пирогах, нападают внезапно, берут добычу и уходят на Ту Сторону! Трусливые бабы! Вонючки! Протухшие яйца карешина! Они безнаказанно грабят Гартор – только потому, что живут Выше!
