Это Лика. Администратор фитнес-клуба. Девочка-статуэтка с точеным телом, стальным прессом, острым языком и копной дредов. Лика плевать хотела на нормы поведения, вела инста-аккаунт клуба, устраивала тем регулярные баттлы с хейтерами за ЗОЖ, БАДы и технику приседаний и до одури любила красивых клиентов клуба. Паша числился в ее личном топе.
— Привет, красотка, — Павел отвел назад руку и хлопнул по упругой пятой точке. — Ты отъелась, что ли, Ликуша?
— Ты что! — маленькая фитнес-фея спрыгнула с его спины. — Я сейчас на сушке.
— Ну дай-ка я на тебя погляжу, — Паша обернулся. Лика горделиво перекинула охапку прядей за спину.
— Хороша! — вынес вердикт Паша. И удостоился крепкого тычка в живот.
— Пресс держишь, — усмехнулась Лика. — Ну, беги, переодевайся. Надеюсь, ты взял майку без рукавов и шорты покороче? А то у нас, — поднялась на мысочки и выдала Паше на ухо: — В последнее время не на кого посмотреть в зале.
Он честно отпахал в зале два часа. После перерыва с непривычки устал. Потом сдался массажисту. Домой приплелся с чувством приятной усталости. И даже Алена прониклась его трудовым подвигом во благо фигуры — не стала настаивать на исполнении супружеского долга. Поэтому Павел лег в постель и мгновенно заснул.
Ощущение катастрофы пришло на следующий день.
Несколько его сообщений ушли в пустоту, прежде чем Павел понял, что Инга заблокировала контакт. Что же, ожидаемо. Он дал себе время до обеда. Чтобы успокоиться. Вместо этого завелся до состояния нервного бешенства, когда раздражает все.
У них бывало так, что по полдня, да даже в течение рабочего дня не переписывались — мало ли, как все складывается, и какие дела и встречи. Но сейчас — не то. Он знает — она не ответит. Не напишет. Не пришлет смешное фото. Ничего.
Ни-че-го.
Позвонить со своего номера? Не возьмет трубку — уверен.
Ладно, зайдем с другого конца. Набрал Никитина. Дал задание собрать совещание с привлечением «Ди-Диджитал». Даже повод от злости придумал вполне достоверный. Не мытьем, так катаньем, Инга Михайловна. Но так просто ты меня из своей жизни не выкинешь. Зачем ему это надо, Паша даже перестал задумываться. Хватает и того, что надо.
Павел вошел в зал для совещаний и остановился, как вкопанный. На том месте, где должна была сидеть Инга, вальяжно развалился какой-то белобрысый упитанный тип. Кажется, он был на проекте на начальном этапе. При его появлении тип тут же сел ровно.
— Где Дубинина?! — резко спросил Павел. Только потом понял, что даже не поздоровался. Ну и к черту их, больно много чести.
— Инга заболела, «Ди-Диджитал» прислали другого специалиста, — ответил Никитин. Обычно невозмутимый, сейчас он выглядел растерянным. А уж как Паша… растерян.
— А почему нас не предупредили? — голос его звучал с каждой фразой все резче. Если не сказать злее. — Мы платим ей деньги и работаем с ней.
— Я понимаю, — тон белобрысого балансировал между раздражением и предупредительностью. — Но Дубинина по состоянию здоровья не может приехать. Я владею всей информацией по проекту, и могу…
— Она в больнице?! — вырвавшийся вдруг вопрос изумил всех, но прежде всего самого Пашу.
— Я не знаю.
— Кто знает?!
— Видимо, Борис Юрьевич, — пожал плечами парень из «Ди-Диджитал».
Пашка медленно досчитал до десяти.
— Мы работаем только с Дубининой. Все свободны.
После того, как за Морозом закрылась дверь, Никитин лишь развел руками.
— Борис Юрьевич, что с Дубининой?
— А что с ней?
— Мне сказал, она больна. Ее не было на совещании. У нас проект, если вы помните.
— Конечно, помню, Павел Валерьевич. Заболел человек, такое бывает. Мы же вам выделили сотрудника взамен.
— У меня контракт с Дубининой.
— Ну бывают же форс-мажорные обстоятельства, Павел Валерьевич….
— У нее серьезные проблемы со здоровьем?! — Паша почувствовал, как внутри вдруг стало холодеть.
— Я… вы же понимаете… это личная информация…
Голос Гровацкого звучал так неуверенно, что холод внутри приостановил свое наступление. Паша отвернул лицо от телефона, несколько раз вдохнул-выдохнул, успокаиваясь.
— Когда она сможет приступить к полноценной работе? Мне нужно планировать.
— Э-э-э… думаю, через неделю.
— Понял.
Отключился Паша, не попрощавшись. Он сегодня явно не образец норм делового этикета. Впрочем, с теми, кто зависит от тебя, этими нормами можно пренебречь — так учил его Смирнов.
Значит, игнор, Инга Михайловна? Не только в телефоне, но и в реале? Ну и долго ты от меня будешь прятаться? Горовацкий говорит, что увижу тебя через неделю. А что ты сама думаешь об этом, Инга? Что будет через неделю? Что ты придумаешь? Уволишься? А как же контракт?
Паша встал, подошел к своему любимому месту у окна. И, глядя на панораму города, вдруг понял, что у Инги достанет упрямства уйти с концами. Он понял это вдруг отчетливо. Уволится, плюнет на контракт, оборвет все разом. Он уже слишком хорошо узнал эту девушку, будучи Патриком. И теперь, именно теперь, спустя почти сутки после их встречи, осознал, как сильно он по ней ударил своей двойной игрой.
