– Что ты такого обо мне рассказал, что этот богатый купец захотел на мне жениться? У меня из приданого только постельное белье да мои платья.
– Ты забываешь о своем главном сокровище, – добродушно рассмеялся отец.
– О чем?
– Ну, о том, что ты девушка работящая, добродетельная, богобоязненная, а главное, очень красивая. Ну же, улыбнись, Сюзанна, веди себя приветливо. Он хороший человек.
Отец решительно взялся за кольцо в пасти отполированной до блеска деревянной головы льва и трижды постучал в дверь. Нам не пришлось долго ждать – уже вскоре нам открыла пожилая служанка в белоснежном переднике и чепце.
– Как о вас доложить? – с прохладцей осведомилась она.
– Бертольд Миттнахт из Селесты. С дочерью Сюзанной.
– Входите и подождите, пожалуйста.
Глубоко вздохнув, я переступила порог этого дома, следуя за своим отцом. Ладно, я буду вести себя приветливо. Но не более того.
Один только холл дома, украшенный настенными светильниками с дорогими восковыми свечами, заливавшими все вокруг теплым светом, был не меньше нашей столовой. Из холла налево и направо вели две тяжелых дубовых двери, а впереди уходила вверх лестница. Лестницы внутри дома я уже видела, например, у Рупрехта, но тут ступени оказались куда шире, к тому же сделаны они были из какого-то светлого блестящего камня.
– Разрази меня гром! – не сдержался отец. – Лестница мраморная!
Когда-то я видела маленькую статуэтку из этого дорогого камня, но мне и в голову не могло прийти, что кто-то захочет сделать из мрамора целую лестницу.
Поскольку служанка предложила нам подождать, я оглянулась в поисках лавки. Но в комнате стояло три кресла, обитых багровым бархатом, и выглядели они так роскошно, что даже мой отец не решился присесть.
– Ты сдержишь свое обещание? – шепнула я ему.
– Какое обещание? – столь же тихо спросил он.
– Что мне не нужно будет выходить за него, если он будет мне отвратителен.
– Да-да. Но он тебе понравится. – Папа слегка погладил меня по щеке, а потом оглянулся. – Какой красивый зал… Наверное, купец принимает здесь покупателей. Ты только посмотри на этот пестрый ковер на стене. Уверен, он привез его из своих странствий. А вот это… – Он указал на барельеф у подножия лестницы, изображавший человека в епископской митре. – Это святой Николай, покровитель купцов.
– Я всегда думала, он покровитель детей и воров, – едко возразила я.
– Верно. – Со стороны лестницы донесся низкий, хрипловатый голос. – Он покровитель купцов, воров и детей. – По лестнице неспешно спустился мужчина в халате из темно-синего шелка. – А также девушек, рожениц и стариков, моряков, рыбаков и паромщиков, паломников и путников, пленников и нищих, торговцев тканями, пуговичников, мостостроителей, пивоваров и многих, многих других, просящих о заступничестве этого милосердного святого. – Дойдя до последней ступени, мужчина развел руки в стороны: – Добро пожаловать в мой дом, Бертольд Миттнахт, добро пожаловать, девица Сюзанна.
Я стояла как громом пораженная и не могла отвести от Симона Зайденштикера взгляд. С одной стороны, к моему ужасу, он действительно оказался ровесником моего отца, с другой же, внешность у него была невероятно приметной, я еще никогда не видела похожих на него мужчин. Один только рост чего стоил! Симон казался огромным, но при этом был сухопарым и стройным, со впечатляющей выправкой. Густые, длинные, припорошенные сединой волосы он зачесывал назад, открывая высокий лоб, отчего его и без того узкое лицо казалось еще более вытянутым. Длинный точеный нос чуть загибался на конце, как клюв хищной птицы, а вот подбородок был покатым, губы – полными, четко очерченными, как бывает только у женщин. В уголках его рта, как мне почудилось, запечатлелась тень скорби – как и в морщинках вокруг его светлых серых глаз, пронзавших взглядом любого, на кого он смотрел. Брови тщательно расчесаны, ногти чистые, округло подстриженные, волосы недавно вымыты – ко всему он еще и казался очень ухоженным.
– Как я рад встретить вас вновь! – воодушевленно воскликнул мой отец, пожал купцу руку и хлопнул его по плечу, словно давнего доброго друга.
Затем папа сделал шаг в сторону, пропуская Зайденштикера ко мне. Тот подошел ближе. Он улыбался, но его глаза оставались серьезными.
– Ваш отец не преувеличивал, девица Сюзанна. Вы действительно прекрасны. Надеюсь, вы добрались без помех?
Этот вопрос явно был обращен ко мне, поэтому я вежливо ответила:
– Да, господин. Нас подвез торговец на своей телеге.
– Ну что ж, долгая поездка на тряской телеге едва ли была приятна. – Купец рассмеялся. – Я все же предпочитаю путешествовать верхом.
«К сожалению, мы не настолько богаты», – хотелось ответить мне, но я лишь кивнула.
– Вы только представьте себе! – Он повернулся к моему отцу. – Я знал, что вы приедете сегодня. Вы приснились мне этой ночью. Давайте сядем к столу, вы ведь наверняка проголодались с дороги.
