Он и правда сдал выпускной экзамен лучше всех своих соучеников! Как он гордился, стоя перед товарищами, каждый из которых был выше его едва ли не на голову, когда Людвиг Дрингенберг, глава гимназии, крепко пожал ему руку!
– Поздравляю тебя, Генрих Крамер. Теперь ничто не помешает тебе вступить в доминиканский орден.
После вручения свидетельств выпускников гимназии угостили сладким пряным вином и миндальным печеньем, теперь же, выйдя на площадь перед церковью Святого Георгия, юноша остановился, чтобы отдышаться.
Его переполняло счастье, от вина приятно кружилась голова. Да, собственно, Крамер и не предполагал другого исхода, учитывая, как прилежно он трудился весь этот последний год и как стойко сносил вечные скандалы матери.
Он прищурился в ярких лучах заходящего солнца. Кто это стоит там у портала церкви неподалеку от него? Вольфли, Долговязый Берчи и его брат Ганс? Они помахали Генриху рукой и, смеясь, пошли по дороге, не обращая внимания на запряженные ослами повозки, едва успевавшие их объезжать.
Ганс хлопнул младшего брата по плечу – да так сильно, что Генриху стало больно.
– Ну что, малец? Сдал экзамен?
– Лучше всех сдал! – Генрих просиял.
– Мы так и думали. – Вольфли пихнул Ганса под бок. – Генрих, наш усердный пай-мальчик… Давай-ка ты отдашь своему дорогому отчиму свидетельство, чтобы я отнес его домой в целости и сохранности, а потом вы, парни, сходите-ка и развлекитесь. Я, как и обещал, все оплачу.
Он требовательно протянул Генриху руку.
Помедлив, тот достал из рукава свернутый в свиток пергамент, перевязанный красивой красно-белой лентой. Спорить было бессмысленно, в конце концов, бывший подмастерье законно занял место его отца. Дело в том, что мать Генриха действительно вышла замуж за этого типа, хоть тот и был ее моложе на десять лет. Гильдия якобы потребовала этого брака, чтобы Вольфли мог наконец-то занять место мастера и мать не осталась бы с сыновьями без средств к существованию. Но, скорее всего, глава гильдии просто хотел добиться порядка, учитывая, что Вольфли вот уже много лет вопреки Божьему закону делил с женой своего покойного мастера постель. Но теперь, когда Генрих в конечном итоге покинет свою семью, ему не было дела до всего этого.
– Ну, хорошо вам троим повеселиться. – Вольфли сунул Гансу в руку пару монет. – Я бы и сам не отказался к вам присоединиться, но, как вы знаете, я примерный супруг и мне пора. Так что доставьте мальца домой целым и невредимым.
Долговязый Берчи и Ганс взяли Генриха под руки и направились прочь.
