Я рассказала кратко, как в отчете: проводила расследование о пропаже, дело оказалось хуже, чем думала. Попалась. Смогла переродиться, вернулась и таки сорвала очередной ритуал. О том, что главная рыбка ускользнула, я тоже сообщила с мрачным лицом.
— С ним еще нужно будет разобраться. В остальном ясно. — Вздохнул Аден и развернулся к Брашу. — Слушай, у тебя же что-то из еды с собой было? Угости девушку. А мы пока начнем разбираться.
— А если бы не запасливый я, угощать было бы нечем! — Проворчал Браш, открывая заплечный мешок. Охотник поджал губы и с сарказмом заметил:
— Да. Мне бы и в голову не пришло, что на предстоящее сражение нужно брать с собой не оружие, не средства защиты, а еду!
— Вот именно! — Назидательно подтвердил нечисть и протянул мне что-то, завернутое в пергамент. — Держи, а то смотреть жалко.
— Да хватит, нормально я выгляжу! — Возмутилась я, вгрызаясь в типичный дорожный перекус, который можно найти в котомке охотника, наемника, курьера и любого путника: нечто мясное с зеленью, завернутое в лепешку. В лучшие времена туда добавляется сыр или колбаса, но такие времена у Адена с Брашем явно были не сейчас.
Охотник скрылся в проходе и его голос доносился уже оттуда:
— Ты посиди и отдохни пока, а мы осмотрим все и разберем, что куда девать. Хотя бы этим поможем, раз не успели на самое интересное.
— Ты все равно лучше разбираешься в артефактах. — Махнула я рукой. И села на пол, прислонившись спиной к алтарю.
Этих двоих удалось вспомнить куда легче, чем Сарэа с Виктором. Особенно Браша: такого поди забудь. Из любого исключения есть правила, и он был самым ярким.
Насколько я знала его историю, варлак рос как все другие, в стае. Так что воспитание, сформировавшее взгляды на жизнь, у него было соответствующее. Однако в какой-то момент произошел переворот понятий, так что перевертыш посмотрел на все другими глазами. И когда на его территории появился наглый конкурент и стал нападать на местных жителей, а затем закономерно пришел охотник, Браш явился к последнему сам. С предложением о помощи.
Охотником этим был Маркус, и гостю он не сразу, но поверил. И второго варлака они в итоге загоняли вместе. А после охоты мой будущий наставник взял Браша за шкирку и потащил в Магик, чтобы орден решил его судьбу. Перевоспитание, конечно, это очень хорошо, но ведь и кровь на варлаке была.
В итоге было принято решение сделать соратника постоянным. А точнее, варлака определили Маркусу для присмотра. Мол, если за некий срок охотник убедится, что его подопечный не опасен, то и отлично, а если нет — по неснимаемому браслету его легко будет отыскать и уничтожить.
Мой учитель тогда рвал и метал. Ругался, что не прикончил одного варлака за компанию с его собратом, или не оставил там же в деревне, сделав вид, что ничего не было. Но со временем они поладили. Так что Браш долгое время, почти четыре года выполнял роль оруженосца, помощника, еще одних глаз, ушей и писаря, заполняющего отчеты. И его чутье часто помогало. А других своих собратьев он никогда не жалел.
Потом они в заброшенном замке угодили во что-то ужасное. Маркус не рассказывал об этом. Я знала лишь, что оттуда его седые пряди на висках и белесые шрамы от рваных ран на плече. И еще знала, что после этого случая наставник костьми готов был лечь за Браша. Он снова явился к старейшинам и добился того, что подопечному дали вольную. А сам решил уйти на покой, чтобы залечить раны и заняться воспитанием молодых охотников.
Я оказалась второй по счету его ученицей, а первым был Аден.
Я хмыкнула, покачав головой: надо же, как иногда складывается. Из прохода как раз показался Браш, кряхтящий под весом сундука с кристаллами. За ним прямо по полу полз пресловутый череп, слабо пощелкивая челюстями; похоже, очнулся от порошка.
— Убери эту гадость, а? — Потребовал варлак. Я потянулась и стукнула охранника по тому месту, где у медведя был лоб. Череп до поры до времени затих.
— А я думала, ты теперь свободная птица. — Заметила я. Он пожал плечами и отфыркнулся от упавшей на глаза пряди.
— Захотелось веселой жизни. Теперь я помощник ордена, разрешите представиться.
— Да ну!? И знак легата есть? — Даже привстала я.
— Потребовал первым делом. А то никто не верит!
И он со смешком ушел обратно в темноту.
Следом пришел Аден и сгрузил на алтарь стопку книг. Сморщился, стряхивая пыль.
— Расчихаться можно… Коллекция похлеще, чем в кабинете артефакторики! Когда только он успел ее собрать?
— На артефакторике было очень мало наглядных образцов. Вспомни, они вечно жаловались на финансирование. А тут большая часть никуда не годится, куплена по дешевке. Или… — Я поймала мысль. — Или, скорее всего, отобрана у жертв. Эти жрецы были теми еще скрягами, ничего не выбрасывали.
— Что тут скажешь. Теперь хоть музей открывай. — Хмыкнул Аден, и развернулся обратно.
Снова явился Браш.
Стоило ему подойти к алтарю, как ожил охранник. Варлак с возмущенным воплем затряс ногой, на штанине которой, зацепившись зубами, повис череп.
— Сволочь, ну почему именно я!? — И стряхнув, пнул его ногой, отправив к дальней стене.
