Я остановилась перед своей дверью. Эли как старпом занимал каюту прямо напротив меня, а Ки – ту, что находилась рядом с его каютой. Они оба могли присматривать за этим концом коридора. Соседняя дверь казалась чересчур близкой, чтобы я могла сохранять душевное спокойствие, но никуда не денешься. Отделить Торрана от его отряда – тоже хорошая идея.
Луна что-то прощебетала и боднула меня. Я погладила мягкий мех.
– Знаю. Нравится мне это или нет, я должна действовать.
Дверь открылась от моего прикосновения, и я досадливо сморщила нос. С появлением валовцев придется ее постоянно запирать и найти другой способ, чтобы Луна могла входить и выходить.
Мои покои были просторнее, чем у других: спальня и ванная располагались в отдельных помещениях за скромного размера кабинетом. Дополнительное пространство позволяло разговаривать с людьми наедине, не демонстрируя свою кровать.
Однако на борту дорог каждый квадратный метр, и, хотя в моем распоряжении имелось чуть больше места, кабинет был тесноват. Мне удалось втиснуть в него крошечный письменный стол и стул, удобное гостевое кресло и книжный шкафчик. Тяжелые бумажные книги были роскошью, которую я с трудом могла себе позволить, но и расстаться с ними было невыносимо.
Яркий небесно-голубой цвет стен в кабинете всегда вызывал у меня улыбку. Я прошла в свою спальню, где стены были синие, более глубокого оттенка – словно небо, светлеющее перед рассветом.
Луна запрыгнула на кровать и свернулась калачиком, прикрыв нос пушистым хвостом. Бурбу наблюдала за мной одним любопытным глазом. Когда я достала наплечники, она подняла голову и защебетала.
Я сняла рубашку и бронежилет, затем опять надела рубашку и пристегнула наплечники. Как только с этим было покончено, Луна стартовала с кровати. Я улыбнулась и приготовилась – бурбу приземлилась безупречно. Когти впились в мягкий верх, но не смогли пробить гибкую защитную пластину снизу.
– Готова?
Она чирикнула, и я принялась за работу. Сперва осмотрела каюту по соседству. Спальня была выкрашена в ярко-зеленый цвет, оставшийся после Лекси, но все личные вещи она забрала. Там стояла широкая кровать, в углу ютились креслице и столик.
Во всех каютах прибирались согласно графику, поэтому в комнате было чисто, хотя и голо. Я достала из шкафа постельное белье и положила на кровать. Пусть Торран сам застилает свою постель.
В двухместных каютах с каждой стороны имелась встроенная узкая койка, а посередине – ширма, которая делила пространство пополам. Сами койки были оснащены затемняющими шторами, чтобы один человек, вставая, не разбудил другого. Подле каждой имелся стенной шкафчик и выдвижной стул. В каютах было тесновато, поэтому общие помещения на корабле обретали особую важность.
Торран брал с собой трех валовцев, но, согласно подписанному договору, мог увеличить количество спутников до пяти. Я приготовила три комнаты. Не было смысла селить гостей по двое до тех пор, пока в этом не возникнет необходимости. Гораздо легче жить в мире, если у каждого есть уголок, где можно уединиться, когда захочешь.
Я также подготовила каюты для Лекси и Аньи. Я надеялась нанять на Бастионе еще одного механика, поэтому приготовила третью комнату по соседству. Пусть санузлы служат границей между валовцами и людьми.
Луна оставалась поблизости, исследуя помещения, в которые нечасто заглядывала. Я цокнула языком, и бурбу прыгнула мне на плечо. Я погладила ее по голове.
– Полагаю, пришло время решить, что мы будем есть на ужин.
Она оживилась, услышав волшебное слово. Ей не потребовалось много времени, чтобы выучить все слова, связанные с едой.
– Ну давай, маленькая обжора. Сперва накормим тебя, а потом посмотрим, что можно придумать для остальных членов экипажа.
Я часто брала на себя готовку, потому что мне это нравилось. Эли и Ки по очереди занимались уборкой. Я не знала, приходилось ли валовцам когда-нибудь мыть посуду, но им предстояло этому научиться. На «Тени звездного света» дежурили все, включая незваных гостей.
По пути на камбуз я заглянула в гидропонный сад. Он был в основном автономным, но мне нравилось проводить время среди зелени. Купив корабль, я в первую очередь позаботилась о том, чтобы разместить в дальнем углу столик и пару удобных кресел. Потом посадила жимолость и направила ее побеги так, чтобы над этим местом появилась легкая беседка. Гибкие усики колыхались над входом в небольшой зеленый оазис.
Луна тотчас же побежала к своему насесту под сенью жимолости. Я решила, что могу уделить пять минут своему душевному здоровью, и, последовав за бурбу, опустилась в низкое мягкое кресло. Отяжелевшие от цветов ветви плавно колыхались в потоках, рожденных вентиляционной системой, и отчасти заслоняли сияющие на потолке лампы.
Отдаленный гул вентилятора слился с тихим, довольным урчанием Луны. Я закрыла глаза и позволила успокаивающему звуку и сладкому запаху жимолости снять напряжение.
