Я попыталась непринужденно пожать плечами, но мои слезы капали на Торрана.
– Ты заслужил право знать, однако я доверила тебе судьбу моей команды. Пожалуйста, не обмани моего доверия.
Его объятия стали крепче.
– Никогда, – тихо поклялся он.
Следующие два дня обстановка понемногу накалялась. Мы прошли через первую червоточину без проблем, но я решила подождать, пока окажемся в безопасном космосе ФЧП, прежде чем говорить со своей командой о продолжении охоты на Мортена и телекинетика. Мы и так находились в состоянии стресса, а время для разговора найдется позже.
Если, конечно, выберемся.
«Лоткез» снова сопровождал нас, позволяя «Тени звездного света» миновать контрольные пункты, но я уже сомневалась – стоит ли его по-прежнему считать защитой, а не угрозой. Пока Сиен у нас на борту, возможно, он был и тем и другим. Я не заметила, чтобы нас преследовали другие суда, однако у последней червоточины – наших врат в человеческий космос – дожидался линкор.
И мы уже почти вошли в зону досягаемости его орудий.
Сиен, Ки и Хэвил находились на камбузе, якобы готовя обед, но на самом деле Ки и Хэвил держали ребенка подальше от мостика на случай, если что-то пойдет не так.
Ки – с разноцветными волосами, хрупким телосложением и жизнерадостным нравом – была наименее опасным человеком на борту и единственной, кому Сиен доверял настолько, чтобы подпускать к себе. Он терпел совместные ужины и даже пару раз улыбнулся, но в остальное время мы позволяли ему побыть в одиночестве. Малыш это заслужил.
Все остальные были на мостике. Я почесала Луну под подбородком, пока шли минуты. Наконец «Тень звездного света» подала сигнал – мы находились в зоне действия орудий линкора. Я вывела на экран наши собственные орудия и защитные системы.
Не то чтобы это сильно помогло против такого мощного корабля.
Судя по всему, императрица Непру воспользовалась внуком как пешкой. Однако он был ей дорог – и если учесть, что удар линкора должен был уничтожить «Тень звездного света» целиком и полностью, я сомневалась в способности ее величества убить Сиена.
Выражение лица Торрана стало отрешенным. Я сделала вид, что все нормально, и подтвердила наш курс через червоточину. Через мгновение, когда мое сердце замерло, анкер перевел нас в режим ожидания.
Императрица позволит нам уйти?
«Лоткез» занял место в очереди позади нас, и Торран тихонько вздохнул.
– Все в порядке?
Он улыбнулся мне.
– Да. Вам разрешили уйти. Вознаграждение за твою голову отменено навсегда.
Я сузила глаза. Не может быть, чтобы все прошло так просто.
– Но?
– Вам настоятельно рекомендуют не возвращаться. И хотя меня не будут судить за измену, я лишаюсь дипломатического иммунитета и всякого положения в империи. Она сделала меня изгоем, как и мою команду.
В его голосе прозвучала горечь.
– Почему «Лоткез» следует за нами, если у тебя нет дипломатического иммунитета?
– Они обеспечат безопасность Сиена в пространстве ФЧП, а затем вернут меня на Валовию.
Мое сердце заколотилось. Конечно, он хочет вернуться. Пусть и утратив статус, он не утратил родную планету. А как только мы доберемся до космоса Федерации, долг окажется выплачен. Он сможет делать все, что вздумается.
Лекси спросила:
– Императрица заморозила счета?
Торран усмехнулся.
– Она пыталась, однако благодаря похитителям я перевел большую часть своих денег в другое место. – Он переключил внимание на меня. – Платеж уже должен был поступить. Я удвоил бонус за удачное завершение, как мы и договаривались.
– Ты не обязан…
– Обязан, – перебил он с непререкаемым видом.
– Да, обязан, – согласились Лекси и Эли субвокально.
Я проигнорировала галерку.
– Значит, ты сможешь вернуться на Валовию? – спросила я.
Я радовалась, что у него есть такая возможность – честное слово, радовалась, – но надеялась, что, возможно, он задержится здесь еще на какое-то время. Впрочем, если у него нет необходимости избегать Валовии, то нет и причин мотаться с нами по галактике, особенно если он собрался охотиться на Мортена и телекинетика.
– Да, – медленно произнес Торран, не сводя с меня глаз.
Я кивнула и запустила пальцы в мягкий мех Луны. Бурбу мурлыкала, пытаясь успокоить мои измученные нервы, но это было безнадежное дело. Я уже сказала Торрану, что он может остаться. Но остаться – значит отказаться от жизни на Валовии, по крайней мере временно, так что пусть решает сам. Я не стану пытаться повлиять на него, как бы мне этого ни хотелось.
Я сосредоточилась на терминале. Императрица могла сказать, что отпустит нас, но я была не в силах полностью расслабиться, пока мы не пройдем через червоточину. А может быть, и не раньше, чем достигнем Бастиона, где нас должны были встретить родители Сиена. «Лоткез» не посмеет атаковать вблизи от оживленной станции ФЧП.
Когда червоточина на экране еще сильнее увеличилась, Сиен проскользнул на мостик и забрался к дяде на колени. Казалось, он чувствовал всеобщее напряжение, но не тревожился по этому поводу.
