– Не забудь всем рассказать, что тебя отдубасила старая карга, – сказала я, прошмыгнув под его защиту, и нанесла легкий удар в живот. Мы не пытались причинить друг другу боль, поэтому силы удара хватало ровно на то, чтобы партнер его почувствовал.
Он задел мое плечо, когда я недостаточно быстро отскочила, и усмехнулся.
– Ну и кто тут медлительный?
Мы продолжали кружить, в равной степени обмениваясь колкостями и ударами. Я неплохо владела рукопашным боем, но в реальной драке Эли разбил бы меня в пух и прах. Однако благодаря нашим совместным тренировкам я узнала, как справиться с гораздо более сильным противником, и это не раз спасало мне жизнь.
Через пятнадцать минут я рухнула на пол и капитулировала. Мышцы тряслись мелкой дрожью, я дышала со свистом.
– Ты выиграл этот раунд, Брук. Но не зазнавайся.
Он ухмыльнулся, почти не запыхавшись.
– Я всегда выигрываю.
Я попыталась сбить его с ног, но он со смехом отпрыгнул.
– Баю-бай. Кое-кому, знаешь ли, пора на тренировку.
– Хоть бы помог подняться, чудище! – прорычала я ему в спину. – Уважай старших!
– Сама упала, сама поднимайся.
Я уставилась в потолок и попыталась выровнять дыхание. Я действительно буду ковылять, как старушка, когда начнут болеть мышцы, но, по крайней мере, в мыслях царил полный порядок.
Мы направлялись на Валовию и, похоже, могли задержаться там надолго. Союзников мало, они далеко. Нужно убедиться, что Торран и его команда считают нас незаменимыми, еще до того, как мы приземлимся. И нужно укрепить связи между командами.
Итак, вот что мне надлежало сделать: самой преодолеть последствия десятилетней войны и связанное с нею недоверие, а потом убедить два экипажа, людской и валовский, последовать моему примеру. И все это за неделю.
Я тяжело вздохнула. Да запросто, какие проблемы.
К тому времени, когда я потянулась и с трудом встала, в зале сделалось оживленно. Чира в шортах и маечке была на беговой дорожке. В свете ламп бледная кожа валовки почти светилась, серебристые волосы она собрала в хвостик. Двигалась в ровном темпе, дышала глубоко и размеренно.
Эли прорабатывал верхнюю часть тела в жиме лежа и наконец-то начал потеть. Взглянув на настройки тренажера, я поняла, что он выжимает гораздо больше, чем вешу я сама.
Мой взгляд задержался на Торране, который занимался на гребном тренажере. Его нагрузка тоже была невероятно высокой, но не это привлекло мое внимание.
А то, как напрягались мышцы его спины и плеч при каждом рывке.
Они были отлично видны, поскольку майка без рукавов облегала, как вторая кожа.
Я уделила время тому, чтобы оценить красоту всех этих мышц, работающих в унисон. Гребля – тренировка для всего тела, и для того, чтобы она выглядела так непринужденно, требовалась практика. Торран ни разу не сбился с ритма, даже когда я перевела взгляд на зеркало и поняла, что он наблюдал за моим отражением.
Я не знала, как давно валовский генерал обнаружил, что я его разглядываю, – выражение его лица осталось непостижимым, – но кровь прилила к моим щекам. Торран окинул меня взглядом, и я понадеялась, что не выгляжу мокрой курицей, пусть даже чувствую себя соответственно.
Впрочем, зеркало разрушило мои надежды. Я раскраснелась и вспотела, мой хвост распушился и стал похож на хвост Луны. Бурбу выглядела очаровательно, а я… не очень.
Нужно в душ и позавтракать. Возможно, наоборот.
Когда я начала разворачивать бинты на руках, Торран перестал грести и подошел. Вид спереди был столь же прекрасен: под майкой вырисовывался достойный любования узор мышц груди и пресса. Валовец кивнул на мои бинты.
– Нужен партнер?
При мысли о спарринге с Торраном по коже пробежали мурашки, и я покачала головой.
– Нет. Эли уже надрал мне задницу рано утром. Я только собиралась с силами, чтобы снять бинты и подняться к себе.
Торран нахмурился.
– Вам больно?
– Нет, просто устала. – Я медленно разматывала бинты, понимая, до чего же это правда. Я некоторое время халтурила на тренировках и теперь пожинала плоды. – Если соперник нужен вам, Эли, скорее всего, с удовольствием померяется силами. Он хороший партнер для тех, кто не оскорбляет близких ему людей.
Я повесила бинты на крючок на стене. Они еще не были достаточно грязными, чтобы стирать, но я не хотела класть их обратно в корзину для чистых вещей. Завтра снова ими воспользуюсь. Мне нужно вернуться к привычному распорядку.
– Я закончил, – сказал Торран. – Провожу вас наверх.
Я взглянула на валовского генерала.
– Вы действительно закончили или просто волнуетесь, что я упаду лицом вниз? Мне не нужна нянька.
– Я не нянька, я защищаю свои инвестиции. Если вы станете нетрудоспособной, ваш экипаж не отправится в Валовию без вас, а у меня нет времени нанимать другой.
Я сомневалась, что такое объяснение лучше, но какая разница. Я была его ключом к возвращению семейной реликвии, а он – гарантом моего жалования. Мы договорились о простой сделке, по-деловому. Надо об этом помнить.
И если уж он считает меня инвестицией, тогда план по обеспечению того, чтобы меня и команду признали незаменимыми еще до прибытия на Валовию, начал успешно реализовываться.
