– Я в любом случае ценю твои чувства. – Он поднялся с колен и вернулся на свое прежнее место за столом. Только окровавленная салфетка и испачканный рукав его рубашки подсказывали, что произошло что-то необычное.
Положив руки на стол, он медленно сжал кулаки.
– На следующий день после похищения Сиена императрица Непру вызвала меня во дворец. Похитители уже были на связи, и императрица подозревала, что к этому причастна ФЧП. Мне было поручено найти кого-то из видных героев ФЧП. Я отказался, но мне не оставили выбора. Ты оказалась в нужное время в нужном месте, и я подумал, что ты сможешь найти моего племянника. Ты была в верхней строчке моего списка.
– Значит, ты знал, что я буду в опасности, но все равно обещал мне неприкосновенность.
– Я намеревался сдержать слово. У императрицы свои планы, а у меня свои. Я хочу, чтобы Сиен был найден. Я не хочу новой войны.
Я откинулась в кресле. Значит, не я одна считала, что война маячит на горизонте.
– Как нам ее остановить?
– Это не в наших силах, если стороны настроены решительно, но мы можем найти Сиена и увезти тебя с Валовии. Пусть они найдут другой повод для ссоры.
Я без предупреждения перевела разговор в иное русло.
– Что такое «долг жизни» и почему твоя команда была так шокирована?
Торран стойко выдержал мой взгляд.
– Это очень древний обычай. Когда восдодита недостаточно или когда честь требует большего, предлагается долг жизни. Если его принять, то оба индивида оказываются связанными.
– Как я согласилась на него, не понимая, что происходит?
– Ты остановила кровотечение.
Я беспомощно раскинула руки.
– Значит, нужно было просто позволить тебе истечь кровью, ничего не предпринимая? – Я нахмурилась. – Что-то тут не так.
Торран мягко улыбнулся.
– Кровотечение остановилось бы само собой в конце концов. Смертельные случаи редки, если только порез не был нанесен неаккуратно.
Наступило осознание.
– Ты меня обдурил. Как мне тебя освободить?
– Никак. Долг жизни предлагается по доброй воле и аннулируется только после оплаты. Должник сам определяет, когда это произойдет.
Я расслабилась.
– Хорошо, тогда ты можешь просто рассказать мне все, что я должна знать, а потом отозвать свое предложение.
– Могу, – согласился Торран со странной интонацией.
– Только не говори, что намерен сделать нечто большее? Что еще влечет за собой долг жизни?
– Причина, по которой долг жизни связывает двух людей так крепко, что они рассматриваются как единое целое с точки зрения валовского закона, заключается в том, что я стал твоим щитом в тот самый момент, когда ты согласилась на мое предложение. – Он приложил левое запястье к сердцу, посмотрел мне прямо в глаза. Его пылкий взгляд обжигал. – Твоя жизнь будет мне дороже собственной, пока я не выплачу долг. Буду защищать тебя от видимых и невидимых опасностей со всех сторон света, пока не одержу победу или пока мое тело не откажется мне повиноваться. Теперь твое счастье и безопасность – моя единственная цель.
Я сглотнула, подавляя всколыхнувшиеся от его слов эмоции. Мое нежное сердце готово было выпрыгнуть из груди прямиком в его ладони. Сердце плевать хотело на предательство, ложь и то, чему не суждено сбыться. Оно знало, чего желало – оно желало Торрана.
– И сколько времени должно пройти, чтобы ты понял, что выплатил долг?
– Как только верну твое расположение, а тебя доставлю в безопасное для человека пространство, я заново оценю ситуацию, – сказал Торран, всем своим видом показывая, что настроен серьезно.
– Немало для одного дня, если ты все еще считаешь, что я должна уехать сегодня.
– Я отправлюсь с тобой.
Я уронила челюсть.
– А как же твой племянник?
– Моя команда будет искать в мое отсутствие. Поставить твою жизнь выше моей – не просто слова, Тави. Долг жизни превосходит любые другие узы.
Я вздохнула и соединила пальцы домиком. Я хотела доверять, но он уже сделал мне больно.
– Если ты так поступаешь лишь ради того, чтобы манипулировать мной, то я взыщу твой долг жизни в буквальном смысле – прикончу тебя. Ты ведь понимаешь, что я не шучу?
Он вздрогнул и склонил голову.
– Сожалею, что дал повод так основательно усомниться в моей чести. Эту ошибку я намерен исправить, начиная с сегодняшнего дня. Спрашивай меня о чем угодно, и я отвечу.
Я даже не колебалась.
– Ты знал, что императрица планировала убить меня, когда просил согласиться на эту работу?
– Нет. Но после нашего прибытия Найло сообщил, что до него дошли слухи – дескать, менее чем через две недели «кое-что случится», – поэтому я и попросил тебя работать быстрее. Я не знал о планах до вчерашнего утра, когда побеседовал с императрицей Непру. Мы с Чирой пытались отговорить ее от такого шага.
Я произвела мысленный подсчет. Вчерашнее утро наступило после того, как мы обследовали гараж и маршрут похитителей. Тугой узел обиды развязался в моей груди. Когда Торран меня целовал, он не знал, что императрица задумала убить героиню Родени.
– Как ты заставил ее пообещать отпустить меня, если я найду твоего племянника?
Торран мрачно улыбнулся.
