– Расходимся, что. Попробуйте отдохнуть, – фыркнула, как разъяренная кошка, Энн.
– Ты тоже, – неуверенно кивнул ей Джоэл. Друзья ведь прибыли в Цитадель после ночной смены.
– А если он действительно отдаст нас под трибунал? – растерянно подал голос Ли. Его шальное упрямство, заставляющее толкаться с Энн на лестнице, схлынуло, уступив место нерешительной тревоге.
– Пусть попробует. Ему придется объяснять, что за связи у Цитадели с судьями, которые нельзя разглашать, – мстительно отозвался Джоэл.
– Может отправить на гауптвахту, запереть в подвале… – принялся перечислять Ли, не без театрального надрыва загибая пальцы. Впрочем, его неуместный натянутый фарс не разрядил атмосферу.
– И что, это кому-то внове? Сейчас весь город кипит. Уману будет проще угробить всех нас на задании, – без лишней деликатности оборвала Энн; похоже, она по-прежнему ничего не боялась. – Если Уман не расскажет о легендарном сомне, ему же хуже. А что, нет? Вот уже мы, самые верные его союзники, в двух шагах от мятежа. Так что говорить о других? В академии выпускники тоже готовы бунтовать. Да что там, я же первая не понимаю, как можно скрывать такую информацию.
– Скажите, – вдруг тихо подал голос Батлер, непривычно сурово сдвинув густые черные брови, отчего все замерли в удивленном внимании, – а от знания о Вестнике Змея кому-нибудь станет легче?
«Ведь он прав. Мы не представляем, как с ним бороться, мы не понимаем, куда он убегает или исчезает. Легендарный сомн – это угроза, с которой никто не умеет бороться, – осознал Джоэл, не смея высказать вслух свои безнадежные выводы. – И что остается тогда простым горожанам? Принять и понять, что их участь не лучше, чем у скота на убой?»
– Его видели! Слишком многие видели! И что теперь, объявить их всех сумасшедшими, как Грэма и Бима? – не унималась Энн, размахивая руками так, что на нее оборачивались случайные охотники, пересекающие вестибюль.
Спор прервал треск в громкоговорителях внутреннего оповещения. Визжащий и хлюпающий звук готовящегося эфира всегда сводил с ума, напоминая скрежет лезвия по стеклу, а вернее – по оголенным нервам. Джоэл вздрогнул от неожиданности и инстинктивно зажал уши. Голова накалялась жаровней, в которую накидали свежих углей. На миг перед глазами все поплыло, пронеслись худшие кошмары и образы Разрушающих, окруженных языками огня. Не они ли нашептали безумный план, который с такой слепой готовностью подхватили друзья? Джоэл уже ни в чем не был уверен. Вермело утратил защиту Стража Вселенной – так говорили слуги Змея. Впрочем, за город и прежде никто не заступался, но он как-то выживал. Только благодаря восстановлению порядка, не иначе. Порядок. Везде важен порядок. В городе и в мыслях.
Вот и туман под веками иссяк, и свист громкоговорителей перебил помехи древних устройств, сложившись в отчетливые слова:
– Внимание! Всем охотникам собраться в демонстрационном зале в течение часа. Внимание! Всем охотникам…
Сообщение транслировалось со всех часовых башен, пронзая все закоулки и темные углы старой психушки. Очевидно, все спящие на подвальных уровнях немедленно пробуждались, а все отправившиеся домой, проклиная службу, двигались обратно к Цитадели.
– Что это все значит? – поразился Ли, вертя головой. Если объявлялся общий сбор гарнизона, значит, намечалось что-то серьезное. Подобное собрание устраивали, когда назначался новый верховный охотник или когда в городе вводилось чрезвычайное положение, как в прошлую эпидемию обращений. И раз уж Уман явно не собирался расставаться с нагретым местом, думать приходилось о самом безрадостном.
– Ли, и что ты такой недогадливый? Сам же слышал! Пойдем в демонстрационный зал, – подбоченившись, хмыкнула Энн.
– Всяко лучше, чем в темницу, – добавил Батлер, понуро плетясь следом за новой напарницей.
Ли и Джоэл не нашли что возразить. Они все теперь мечтали слиться с толпой, чтобы Уман забыл о своей нежданной немилости. Нежданной, но закономерной: они нарушили устав.
Но если весь город трясся от возмущения, рискуя провалиться в тотальное беззаконие, желание добиться справедливости со стороны опытных охотников едва ли стоило расценивать как серьезный проступок. Впрочем, Джоэл уже никому и не верил. Человечество точно не заслуживало веры. Застенные твари – тем более. Он доверял Ли, Энн и Батлеру, ощущая их поддержку, когда они встали рядом плечом к плечу на одном из верхних рядов сумрачного демонстрационного зала.
Яркие лампы озаряли только круглое подобие сцены внизу. В прежние времена там светила науки показывали коллегам чудеса новомодной медицины: лечение электрошоком, лоботомию и другие действенные способы усмирить буйных больных.
Теперь же в центре зала, окруженного рядами деревянных скамеек, уходящих лестницей под потолок, выступал верховный охотник, на этот раз даже не один.
