И снова то ли Кнопф, то ли Клайф требовательно сунул в руки Ли желтоватые скрипучие листы свежей брошюры. Тогда до Джоэла дошел смысл новых правил, он торопливо всмотрелся в текст, увидев ряд адресов и по две фамилии возле каждого.
– Ли, ты у меня. Не волнуйся, – прошептал Джоэл, видя, как на щеках напарника выступает лихорадочный румянец непонимания и гнева. Глаза его беспорядочно шарили по углам общего холла, точно он потерял какую-то важную вещь.
– Спасибо Уману, – нерешительно пробормотал он.
– Да, наверное, спасибо.
– Распишитесь здесь и здесь, господа. Решение по помещению первого этажа будет принято в кратчайшие сроки. Просьба не занимать его и не загромождать общий коридор. Благодарим и откланиваемся.
Молодцы и не думали на самом деле кланяться или хотя бы головой кивнуть. Они синхронно, как фигурки часовых механизмов, шагнули назад и захлопнули за собой дверь. Без них сделалось немного легче. Только Ли застыл посреди коридора с опущенными плечами, подавленный и сникший, как оплавленная свеча.
– Давай помогу с сундуком, – предложил Джоэл. – Вдвоем его наверх легче переносить. Помню, я после выпуска из академии свой тащил… с Уманом! Представить сейчас – смешно. С верховным охотником! А тогда – двое мальчишек, тащащих сундук.
Но Ли не смеялся, Джоэл говорил много и быстро, больше для себя, справляясь с волнением. Он радовался, безгранично и неконтролируемо, как победитель, взявший главный приз в соревнованиях. Но Ли не разделял его восторга.
– Ты давно здесь, я смотрю. Хорошая мансарда. А я уже много домов сменил… Нет у меня дома, – только тихо отозвался он, подхватывая тюки и таща их наверх. Потом он спустился, и вместе они в понуром молчании подняли сундук. – Ну вот, Джо… – выдохнул Ли, кладя на стол треуголку. Он застыл посреди мансарды, теперь рядом стояли их сундуки, рядом висели плащи. И Джоэл радовался, что будет видеть такую картину каждый день. А Ли отчего-то печалился, кривился от неуловимых сомнений.
– Да, вот, – кивнул Джоэл. – Что вот?
– Ты рад? – обиженно осклабившись, спросил Ли. – Вижу, что рад!
– Вполне. А ты будто нет… – засомневался Джоэл. Его пугала эта перемена. Ли сотни раз приходил в мансарду, сотни раз они хранили сон друг друга. Но теперь, когда у друга не осталось своего жилья, он не находил себе места, одинокий и как будто всеми покинутый.
– Ну, что сказать. Куда я теперь приведу Лулу и Мартину? – невесело усмехнулся он.
– Выгонишь меня на улицу, если тебе так захочется их привести.
Джоэл подошел к нему и взял за руку, успокаивающе похлопав по плечу. Ли встрепенулся, прошептав:
– Не захочется. А такой, как Джолин, у меня не появится…
– Она… тоже тебе нравится? – с удивлением протянул Джоэл. Больше всего он не желал становиться с лучшим другом конкурентом за сердце пугающей красавицы, которая хранила множество тайн.
– Забудь, – отмахнулся Ли. – Мне не нужна постоянная девушка, а у скучающих вдов и неверных жен свои мансарды есть.
Джоэл ощущал явную ревность, возможно, даже зависть. Ли запрещал себе быть счастливым, точно неукоснительно следовал кодексу охотников. Они существовали в состоянии вечной измотанности, отсутствия нормального отдыха, в ожидании бунта или эпидемии сомнов. Так что же тогда, вовсе не жить, не чувствовать, не любить? Отдать себя на волю вечной тоски? Джоэл сопротивлялся этой незримой наступающей серой тени тотального безразличия. И не хотел, чтобы Ли тонул в своих неведомых сомнениях.
– Но знаешь… Не в этом дело, я не… – пробормотал Ли, резко отвернувшись к окну.
– Чего ты боишься, Ли? – насторожился Джоэл.
– Своих снов, – признался друг с тяжелым присвистом.
– Но ведь я обещал охранять их.
– Не в том дело. Хотя, может, в скором времени я смогу тебе рассказать. Но не сейчас. Пока не сейчас. Ладно, столько всего свалилось на нас! А еще раскидать бы вещички.
Ли погружался в разочаровывающую суетливость. На столе осталась незамеченной бутылка сидра, а все фантазии о веселом новоселье рассыпались хлопьями пепла. Джоэл буквально чувствовал, как из кожи Ли лезут незримые колючки, не позволяющие дотронуться до него, успокоить, поклясться, что они никогда не поссорятся из-за Джолин или иных причин. Его тяготила давняя тайна, хотя Джоэл простил Ли любые проступки, которые тот мог совершить в прошлом.
– Так что, мы будем проверять эти адреса? – деловито поинтересовался Ли, наткнувшись при разборке тюков и сетей на потертые страницы. Он ловко уводил от темы, но зато и сам отгонял тяжелые думы. На губах его уже играла привычная очаровательная улыбка азарта.
– Пусть Вермело немного успокоится. Рыжеусый не вылезет со своей агитацией, – ответил Джоэл. В сложившейся ситуации новое расследование – да еще инкогнито – ощущалось лишним грузом. Но пойти и сдать в вещдоки улику они уже опасались из-за неизбежных вопросов, ответы на которые не придумал бы самый искусный лжец.
– Знаешь, Джо, странная книжонка. Здесь дважды значится адрес… из квартала Прокаженных. А там публика неплатежеспособная, по-моему, – внезапно заметил Ли, небрежно перелистывая страницы.
