– Красиво! – заслушался Ли, внимая переливчатым трелям. Джоэл же подумал, что хорошо бы купить желтого кенара и все-таки подарить Джолин. Только увидеть бы ее сперва!
– У нас здесь дело, – поторопил Джоэл, недовольно втягивая голову в плечи.
– Да-да, конечно, – закивал напарник, нарочито сурово сдвигая к переносице густые брови. Но шутливый настрой испарялся по мере их продвижения к юго-западному краю района. Если возле парка он еще напоминал милую деревушку, которую художники прежних времен изображали на пасторальных картинах, то вскоре превратился в грязные задворки. Здесь уже не разносилось пение птиц и не играли улыбающиеся дети. Люди нервно и недоверчиво выглядывали из-за скошенных дверных косяков, немедленно скрываясь при виде охотников.
– Кажется, мы пришли, – заключил Ли, когда они выбрались через задворки на относительно чистую улицу. Здесь даже сохранились остатки мостовой, и сапоги не увязали по щиколотку в черной грязи.
– Да, похоже на то, – кивнул Джоэл, глядя на единственное трехэтажное здание, возвышающееся зловещим великаном над чередой одноэтажных бараков. Здесь-то и начинались трущобы.
Власти давно обещали что-то сделать с этим местом, но приличные люди по своей воле не селились возле стены. И хотя всех убеждали, что устройства на охранных башнях полностью защищают от воздействия гибельной ауры Хаоса, обыватели этому не верили. Так у окраин образовались трущобы или остались незаселенные куски леса, садов и пашен. О воздействии ауры Хаоса на посевы и плоды почему-то никто не задумывался.
Возможно, эти трущобы существовали и до пришествия Хаоса. Джоэл не знал и не завидовал тем охотникам, которые каждую ночь патрулировали эти мрачные переулки. Обычно туда посылали проштрафившихся, сам он отправлялся туда в поисках быстрой смерти после гибели Стеллы. Оттого возвращение отзывалось неприятным покалыванием в груди, точно распустилась ледяная снежная роза с острыми шипами вместо лепестков.
– Ну что, идем? – кивнул Ли на закрытую дверь.
– Идем! – Джоэл решительно двинулся вперед. Он размахнулся и с силой постучал.
– Пароль! – тут же раздалось с той стороны.
– Это охотники, открывайте! – ответил Джоэл.
– Иначе выломаем дверь! – добавил грозно Ли.
– Охотники? Это не ваше дело! – донесся грубый голос из-за обшарпанной двери.
– Наше. Если здесь мучают девушек и удерживают их против воли, то наше, – ответил Ли, но слишком взволнованно для официального задания.
– Повышенный риск превращения в сомнов, – отрапортовал четко Джоэл, хотя снова нагло блефовал. Никаких распоряжений от Цитадели они, конечно же, не получали, но любой охотник давал присягу, и первым пунктом в ней значилось: «Клянусь защищать жителей Вермело от зла из Хаоса и от самих себя». Часто под этой строчкой подразумевалась целесообразность заточения в темницу тех, кто рисковал обратиться в сомна. Но теперь Джоэл следовал кодексу без перевернутого прочтения. Приказ Цитадели – руководство к действию. Но если где-то творилась несправедливость, жертвы которой могли обратиться, долг охотников позволял вмешаться и без особых предписаний.
– Без ордера я вас не впущу! Убирайтесь к Хаосу! – вновь послышалось из-за двери, но вскоре петли заскрипели, и из-за косяка высунулась одутловатая круглая рожа с отвисшими щеками. Бесцветные злобные глаза впились в пришедших. – Я знаю тебя, Джоэл, забирай свою шлюшку в треуголке, и сваливайте! – небрежно фыркнул хозяин борделя.
Тогда Джоэл не выдержал – кулак поднялся быстрее, чем промелькнула здравая мысль о сдержанности и этике допроса подозреваемых. Да какая там этика! Уман лупил всех без разбора, в итоге до верховного дорос. А с владельцем грязного притона и вовсе не стоило деликатничать. Тот моментально отлетел от двери, хватаясь за свернутый набок нос. Удар Джоэлу поставили еще в приюте, так что носов и челюстей за свою жизнь он сломал предостаточно.
– Не смей оскорблять охотников, – прорычал глухо Джоэл, переступая порог. Пусть грубо и бесцеремонно, но они уже вошли в бордель. До последнего они опасались, что хозяин не откроет и сбежит через черный ход. Но он, на свою беду, подошел к двери и еще посмел обзываться.
– Джо, ну зачем? – беззаботно усмехнулся Ли. – Я же тоже хотел ему врезать.
– Врежь еще разок. Лучше запомнит, кого надо уважать в Вермело.
Ли криво ухмыльнулся и вальяжно подошел к хозяину притона, который охал и шипел, хватаясь за кровоточащий нос. Хозяин борделя сполз под деревянный стол, надеясь спрятаться. Но на обрюзгшем лице мелькнула тень торжествующей улыбки. Джоэл не сразу сообразил, в чем дело, ощутив, как всколыхнулся пыльный воздух.
– Берегись! – воскликнул он, но Ли среагировал мгновенно и без предостережений. Он уклонился от удара охранника, затаившегося в комнате, нырнул ему за спину и выкрутил руку, резким движением ломая лучевую кость. При таких разборках единственным ограничением для охотников оставалась гибель подозреваемых, а количество сломанных конечностей никто не считал.
