Девушки, быстро пройдя мимо развалин гимназии, обошли огромную гору ломаного железобетона, оставшуюся от большой девятиэтажки, и вышли к проспекту Гагарина. Всё, дальше шла «вотчина» Светланы. Тут она уже всё знала.
— Мох, — произнесла Сильвия, разглядывая огромную и длинную серебряную поляну. Она указала рукой: — я перехожу его вон по той улице.
— Это улица Фрунзе. Там мало развалин, дома крепкие, там почти безопасно, — согласилась Светлана. Она, правда, не стала говорить подругам, что именно у тех крепких домов, в окнах которых кое-где ещё сохранились стёкла, она первый раз повстречалась с сумасшедшей бабой по имени Аглая. Зачем об этом знать им?
— Ой, ой, — закричала Анна-Луиза, — глядите, она… Он идёт к нам!
Светлана и Сильвия напряглись, глядя в ту сторону, в которую указывала Анна. Света даже подняла палку, но потом опустила.
— Это марабу, он идёт не к нам, а от нас.
— Фу, какой противный, — сказала подруга.
Света так не думала, она считала, что тут, в Истоках, есть существа намного более неприятные, чем простой марабу, издали похожий на старый деревянный столб.
Руки, вернее ладошки, эти мерзкие несуразно-маленькие ладошки, которые вырастали из длинных острых рук-костылей, болтались как неживые. Ладошки были похожи на недоразвитые ручки огромного динозавра с большою головой. Муходед стоял в двадцати шагах от неё, когда она повернула за угол целого дома и вышла на улицу Фрунзе. Он стоял, опираясь на свои острые руки-костыли, стоял как раз лицом к девочке. Нет, это и лицом-то нельзя было назвать. Рыло. Тупое, почти безносое, с маленькими глазами и, как выяснилось с огромной, глубокой чёрной пастью, переходящей в небритое горло с острым кадыком. Глазки были маленькие, но Светлану заметили сразу, он дёрнулся и, переставляя костыли-руки, развернулся к девочке, встал поудобнее и разинул свою пасть.
— Стойте! — крикнула Светлана и даже выставила руку с палкой в сторону, как барьер. — Назад!
Анна-Луиза, что шла сразу за нею, не остановилась и почти налетела на неё. А вот Сильвия сразу поняла и бегом кинулась обратно за угол дома.
— Назад! — Светлана развернулась и стала толкать Анну-Луизу к углу дома. Сама при этом натягивала капюшон и прятала руки в рукава куртки.
Он уже разинул пасть и достаточно быстро на своих острых, страшных костылях ковылял к ней; огромный, жидкий, полупрозрачный горб за его спиной колыхался при каждом шаге, а из чёрного нутра на серые губы уже выползали ещё мокрые мухи.
Света повернулась, свернула за угол и, толкая вперёд нерасторопную Анну-Луизу, побежала от этого места.
— Беги, беги, Аня.
Анна-Луиза лишь теперь по-настоящему побежала вслед за быстро бежавшей впереди Сильвией. Быстро… Для пьющей и курящей, принимающей мет и имеющий лишний вес девушки, может быть, это и было быстро, но для огромных мух…
Света подумала, что куртка с капюшоном и джинсы защитят её от укусов, а вот старенькая пижамка с Микки Маусами, в которую одета новая подруга… Бог его знает! Поэтому Светлана и бежала сзади Анны-Луизы, не обгоняя её, чтобы первые долетевшие до них мухи садилась именно на неё.
И мухи на неё садились, она даже слышала, как одно из этих мерзких насекомых шлёпнулось на капюшон. Девочка даже не остановилась.
— Давай, Аня, давай, — она подгоняла подругу.
Ещё и ещё… Мухи плюхались на её куртку одна за другой.
Она даже представила, как они деловито ползают по её капюшону, по её спине, выискивая место, куда можно укусить.
Светлана обернулась всего на секунду: где там этот дед? А дед очень даже проворно ковылял за ними на руках-костылях и маленьких ногах, ковылял, не закрывая чёрной норы своей огромной пасти, откуда вылетали и вылетали новые мухи. И, конечно же, они не удовлетворялись крепкой тканью куртки Светланы, первая муха села и на спину, на пижаму Анны. Девочка смахнула тварь на землю.
А тут одна из мух влетела к ней под капюшон, ударилась в левую скулу, залетела глубже и зажужжала, забилась в волосах у уха. Света начала бить себя рукой по уху, по щеке… Била немного нервно, это от испуга и омерзения. Бежала, подгоняла Анну и била себя по капюшону, стараясь при этом не потерять ни палки, ни тесака. Ножны сейчас пришлись весьма кстати. И тут закричала Анна:
— А-а-а… Пипец!
Она выгнулась на бегу и рукой попыталась достать у себя на спине большую муху, которая устроилась у неё между лопаток. Она схватила её в кулак, смяла, раздавила и, приостановившись, стала рассматривать.
— Да, беги же…, - Света снова её толкала. — Беги, Аня.
— Блин, как больно, — материлась Анна-Луиза, — у меня там ничего на спине не осталось? Жала нет?
— Беги, беги… Нет там ничего… у них не бывает жал.
А Сильвия, убежавшая вперёд, остановилась, оглянулась и ждала их. Света, увидав это, крикнула ей, указывая рукой:
— Вон мой дом, беги дальше!
И, подхватив под локоть причитающую от боли Анну-Луизу, поволокла её дальше. Но по ходу движения обернулась: муходед отстал, ковылял теперь вдалеке, а вот его мухи, мухи не отставали, они просто роем кружили вокруг девушек. И Светлане было даже в куртке нелегко от них отбиваться.
